Книга Маньяк, страница 71 – Сергей Леонтьев

— Конечно помним. Только при чем здесь тетрадь?

— За ней серьезная охота шла. Те, кто ее искал, ни перед чем не останавливались. Убийства, похищения. Оксану похитили, хотели на тетрадь обменять.

— Да, было дело.

Коля потер правую руку, поморщился:

— Меня тогда этот гад зацепил, теперь вот к смене погоды ноет.

— А чем закончилось, помнишь?

— Конечно помню. Гада менты взяли, а второй, в милицейской форме, я так и не понял, он за нас был или против, — сбежал.

— Он за себя был, тоже приходил за тетрадью. Только никому из них тетрадь не досталась.

— Так ты думаешь…

— Думаю. Тот, который сбежал, капитан милиции, его убили. Кто-то из членов шайки. А первый, тоже бывший милиционер, совершил побег из следственного изолятора. Мне следователь рассказал.

— Андрей, — перебила Оксана, — я его хорошо запомнила. Если бы увидела — сразу узнала бы.

— Он мог сделать пластическую операцию. В Вильнюсе настоящие кудесники работают. Могут так внешность изменить — родная мать не узнает.

— Так ты думаешь, — продолжил Коля, — что этот бывший мент вернулся, чтобы тебе отомстить?

— Думаю, — подтвердил Андрей. — Мотив более чем весомый.

— И как мы его найдем?

— Найдем. Он где-то рядом крутится. И про нас все знает.

— Водитель! — Николай стукнул себя ладонью по лбу. — Иван Сергеевич из шестой бригады. Все время в наше расследование суется, знает про сигнализацию в вашей комнате и про Галкина.

Николай вскочил с места, забегал по комнате, все больше возбуждаясь.

— Как я сразу не допер?! Устроился в прошлом году, по времени совпадает, бороду отрастил, чтобы труднее узнать было!

— Коля, успокойся, сядь. Еще ничего не ясно. Это пока только версия.

— Я знаю, как проверить, — сказала Оксана.

— Как?!

Все посмотрели на девушку.

— Я же кувшин об его голову расколотила. Если это он — должен остаться шрам. Вот здесь.

Оксана коснулась пальцами места чуть выше своей правой брови.

— Он! — взревел Коля. — Точно он! Всегда шапку вязаную на лоб натягивает, чтобы шрам прикрыть. А летом кепку.

— Надо проверить, — сказал Андрей.

— Проверю, — пообещал Коля. — Завтра же.

— Как?

— Да просто. — Коля пожал могучими плечами. — Подойду и сдерну шапку.

— А если нет шрама?

— Извинюсь. Если есть — дам по кумполу и отволоку в милицию. Пусть разбираются.

— Все-таки я сомневаюсь, — задумчиво произнесла Оксана. — Он мне напоминает кого-то, я уже говорила Андрею. Не могу вспомнить кого, но точно не бандита, который меня похитил.

Ключей от подвала панельной пятиэтажки, что по улице Кирова тридцать, было всего два. Первый — у слесаря-сантехника домоуправления Афанасия Николаевича Борщева, мужчины солидного и полезного. Полезного, потому что канализация засориться или кран сорвать может у кого угодно, причем в самый неподходящий момент. Вот и бегут жильцы к Борщеву и днем и ночью. Ночью, конечно, Афанасий Николаевич втридорога дерет, да куда денешься.

Второй ключ таинственным образом оказался у племянника слесаря, балбеса и тунеядца Юрки Жеребцова по прозвищу Конь. Юркины кореша, такие же балбесы, прибавляли к прозвищу «с яйцами», поскольку не мог Юрка спокойно пропустить мимо себя ни одно создание в юбке моложе тридцати лет. Участковый капитан Анисимов несколько раз предупреждал Юрку, что привлечет за тунеядство. Но во время последней профилактической беседы Юрка гордо вытащил из кармана трудовую книжку, где было записано фиолетовыми чернилами: «Принят на должность грузчика», и печать круглая стояла второй овощебазы.