Книга Табакерка императрицы, страница 34 – Сергей Леонтьев

Той ночью у них дежурства не было, и после объявления тревоги они с мамой остались в квартире, не пошли в убежище. Мама сказала: «Если бомба в дом попадёт, здесь нас сразу убьёт, а в подвале засыплет и будем мучиться, пока не задохнёмся, откопать всё равно не успеют». Вот так и сидели на своих кроватях, слушали, где взрывается. Сначала взрывалось далеко, а потом дом тряхнуло и с потолка что-то посыпалось. Стёкла на окнах, заклеенные бумагой крест-накрест, задрожали, но не вылетели. Мама сказала: «В соседний дом попали». Анна попросила разрешения сбегать посмотреть – может, помочь кому-нибудь надо. Мама разрешила, велела только быть осторожной. Когда Анна выбежала на улицу, к соседнему дому уже спешили люди с инструментами. Анна побежала за ними и увидела, что бомба разрезала дом, но не взорвалась. В разрезе на всех этажах были видны комнаты и даже целая мебель. И в этот момент сзади грохнуло, Анну бросило на землю, стало темно.

Очнулась она в больнице. Врач сказал, что у неё контузия, но не сильная. А маму убило. Бомба попала точно в их подъезд и все, кто не пошли в убежище, погибли. А в убежище, наоборот, все остались живы, его не засыпало. Когда Анну выписали, она сходила посмотреть. От их подъезда ничего не осталось, только груда обгорелых камней. Соседние подъезды тоже сильно пострадали, и в доме уже никто не жил. Анну заметил участковый милиционер дядя Коля и сказал, что в отделении есть вещи, которые удалось откопать. Анна пошла в отделение и увидела среди вещей мамин чемоданчик. Целый, только один угол почернел. Мама давно собрала этот чемоданчик на случай эвакуации, положила туда документы и немногие ценные вещи, которые у нее были. И, конечно, любимую табакерку.

1982 год, Ленинград

Надежда Крупина, тридцатилетняя, начинающая полнеть брюнетка, возлагала большие надежды на сегодняшний вечер. Отпросившись с обеда у заведующего обувным отделом в центральном универмаге, где Надежда работала продавщицей, женщина забежала в гастроном к Людке из рыбного отдела. Людка не подвела, достала из-под прилавка банку чёрной икры и жуткий дефицит – балык из осетра. Икра особым дефицитом не была, но в последнее время тоже стала пропадать. За полуторакилограммовую банку Надежда отдала двадцать три рубля, а за кило балыка – десятку. Сумасшедшие деньги, но стоит того – Климин икру ложками наворачивает, а балык Надежда и сама с удовольствием употребит. Взглянув на часики, прямо с покупками побежала в «Дебют» на Невском. Говорят, что эта парикмахерская, по-новомодному – салон, даже в блокаду работала. Попасть туда каждая нормальная ленинградка мечтает, таких причёсок, как в «Дебюте», больше нигде не делают. Правда, очередь в салон чуть ли не на полгода расписана. Но Надя, знакомая продавщица из промтоварного отдела, помогла не даром, конечно: за югославские зимние сапоги на молнии устроила без очереди. Предупредила только, что опаздывать нельзя.

В парикмахерскую Надежда успела и вышла оттуда если не королевой Марго, то знатной дамой при дворе точно. Про королеву Надежда недавно книжку^[47] прочитала, её по макулатурным талонам продавали^[48]. Надежда макулатуру не сдавала, Светка из книжного принесла в благодарность за туфли польские.

Теперь можно не спеша домой. Времени до шести достаточно, чтобы стол накрыть и красиво всё расставить. Сервировать вспомнила Надя модное иностранное слово. Точно, сервировать. Меню сегодняшнего вечера Надежда уже давно продумала. Готовить сама она не мастерица, поэтому оливье, сельдь под шубой и пирожки с мясом попросила сделать соседку, пенсионерку тётю Пашу. Не за так, конечно, зимние гэдээровские боты пообещала отложить, когда поступят. Тётя Паша до пенсии поваром в столовой райкома работала, партийных чиновников вкусно кормила пусть теперь для Надежды постарается. Цыплят табака и торт Надя взяла в ресторане гостиницы «Европейская». Там у неё официант знакомый работает. Бутерброды с икрой она сама сделает и балык осетровый нарежет уж на это её способностей кухонных хватит. Климин доволен будет, он пожрать горазд. А с сытым мужиком легче на деликатные темы разговаривать. Особенно если ещё хороший коньячок на стол выставить. Есть у Надежды бутылка «Отборного»^[49] на этот случай.