Книга Дело чёрного старика, страница 64 – Андрей Толоков

— Не прав ты, Миша. Ты что думаешь в банде «кадрами» не дорожат? У них тоже просто так с улицы человека на дело не возьмёшь. Они по лезвию ножа ходят. Должны доверять друг другу.

— Меня пытаешь, а сам-то что думаешь?

— Я не пытаю тебя, Миша, – ответил следователь. – Я хочу, чтобы ты умел анализировать. Это в школе милиции тебя учили, что когда раскрываешь преступление не надо усложнять. Всё в поведении и мотивации преступника просто. В основном, да. Но этот случай совсем другой.

— Откуда такая уверенность?

— Мне не дают покоя слова инкассатора, что он видел убийцу в милицейской форме.

— Но ведь Пустовойтов в этом не совсем уверен, – возразил Габашидзе.

— Не совсем. Это так. Я тоже до сегодняшнего дня, до расправы над Мироном, это не принимал во внимание. А теперь задумался. Может быть, информация утекла из наших стен? Может быть такое? А? Что думаешь, Михаил? Уж больно вовремя ушёл из жизни этот бандит Мирон.

Не верилось тогда Михаилу, что в их рядах может быть «иуда». Не мог он себе представить, что человек давший присягу охранять покой, жизнь и имущество советских граждан, может быть предателем и убийцей. Тогда не верилось. А теперь он знает, что такое случается. Редко, но случается.

В тот день, когда убили Петра Пустовойтова, его жену и десятилетнего сына, с ними в квартире дежурил Габашидзе. Около десяти вечера раздался телефонный звонок. Пётр сказал, что Михаила к телефону приглашает дежурный.

— Габашидзе, – раздался в трубке взволнованный голос дежурного. – Твоя жена звонила. Быстро дуй домой. Твой сын из спортшколы не пришёл. Она вся в панике.

Михаил пообещал Пустовойтовым, что быстро найдёт сына и вернётся. Просил дверь никому не открывать.

— Миша, – как-то грустно сказал тогда Пётр. – Вызовите Гену или ещё кого-нибудь.

— Ты что, Пётр? – сказал торопясь Габашидзе. – Не бойся. Ничего не случится. Я быстро. Сейчас по друзьям сына пробегусь. Шею ему намылю и вернусь. Вы пока чаю попейте.

— Миша, – продолжал настаивать Пустовойтов. – Не спокойно у меня внутри. Чую беду. Вызови сменщика.

Михаил занервничал. Он сказал, что выдумки всё это и если будет задерживаться, то вызовет Волкова.

— Дверь кроме как мне или Генке, никому не открывать. Даже если сам Леонид Ильич будет стучаться, – строго приказал Габашидзе. – Понятно?!

— Понятно, – обречённо ответил Пётр.

Быстро найти сына не удалось. Борька как в воду канул. О Пустовойтовых Габашидзе вспомнил только в час ночи. Позвонил Волкову. Поднял того с постели и объяснил ситуацию. Гена сразу предложил свою помощь в поисках Бориса. Но Михаил отказался.

— Быстро двигай на квартиру инкассатора, – сказал Михаил. – Я уже участкового и патрульных подключил. Найдём сына. По-другому не будет.

Борю привёз к дому мужчина на «газике» уже после двух часов ночи. Это был водитель председателя колхоза имени Калинина. Он увидел мальчика на дороге. Тот бежал в сторону города.

— Так ещё и садиться не хотел, – объяснял водитель. – Напуган был страшно. Видать досталось мальцу.

Как потом рассказывал Боря, по дороге из спортшколы его остановил милиционер. Спросил, не сын ли он Михаила Габашидзе. Боря сказал что да. Этот милиционер сказал, что папа хочет сделать сыну сюрприз и посадил мальчика в машину. Там его крепко связал какой-то здоровый мужик и Борю отвезли в лес. В лесу закрыли в каком-то срубе и уехали. Боря парень спортивный, сумел развязаться и, выломав доски в полу, пролез под стеной. Повезло, что лесная дорога вывела прямо к асфальту. Там мальчика и подобрал водитель.