Онлайн книга «Первый выстрел»
|
— Ваш друг Валерий Николаевич Ребров как раз вызвал меня к себе, — словно услышав ее мысли, сказал Дождев, — поговорить, как он сказал, мы договорились на завтра, в девять. Но это будет официальная беседа, под протокол, что называется. Вы же приехали ко мне, чтобы поговорить по душам, так сказать, по-человечески, и понять, кто и за что мог убить мою ласточку. Я правильно понимаю истинную причину вашего участия в расследовании? Женя молчала. Она совсем уже стушевалась. Он издевается над ней или действительно настроен на искренний разговор? С незнакомыми людьми всегда нужно быть начеку. — Господин Дождев… — Зовите меня Августом. — Хорошо. Скажите, пожалуйста, когда вы последний раз видели вашу дочь? — За две недели до убийства, — четко ответил он. — Она пропала, и я сразу же начал нервничать… — Где она проживала последнее время, я имею в виду до того, как пропала? — Как это где? Здесь, у меня, конечно же! Он был, казалось, удивлен. Но не меньше была удивлена и Женя. Вся нарисованная ею картина последних месяцев Ольги Чумантьевой потекла, как акварель под дождем… Так значит, она не то что не голодала, она жила, что называется, как у Христа за пазухой! Жила у отца в прекрасном доме с прислугой, была сыта, согрета, тогда зачем же прилепилась к этому Маковскому? Зачем он ей вообще был нужен, если она и в деньгах точно не нуждалась?! Зачем пыталась шантажировать Маковского и его друзей, напомнив им историю двадцатилетней давности, причем выдавая себя за жертву, хотя на самом деле к этому делу и отношения-то не имела?! Какой во всем этом был смысл? — Так значит, она долгое время жила с вами? — протянула она, не зная, о чем говорить с ним дальше, какие вопросы задавать, если он и понятия ни о чем не имеет. — Знаете что, я все-таки расскажу вам про Маковского… И Женя, уже не в состоянии сдерживать себя, подготавливая почву для дальнейших важных вопросов, начала рассказывать Дождеву о последних днях жизни его дочери, начиная с того момента, как она пришла в ателье Валентина, как поселилась у него, как начала шантажировать ребят… Дождев слушал молча и даже не пошевелился. Он ничего этого не знал, как не был знаком и со «стрелками». — Скажите, на что ей могли понадобиться три миллиона? Она что-нибудь говорила вам об этом? Быть может, просила у вас денег? — Женечка, — наконец со вздохом проговорил Дождев, — мне трудно и тяжело об этом говорить, но моя дочь была не совсем здорова… Думаю, те люди, которые были вовлечены в круг ее общения, ее возлюбленные, друзья, им и в голову не приходило, что она порой бывает не в себе. Я нашел ее не так давно, примерно полтора года назад. Случайно встретился с ее матерью в Нью-Йорке, и она только сейчас, можно сказать, когда Оля уже стала совсем взрослой женщиной, рассказала мне о том, что я ее отец… Ксюша не знала ни номера телефона Оли, ни тем более ее адреса. Я уже по своим каналам узнавал, что Ксения вообще бросила дочь на произвол судьбы… Но я очень быстро нашел дочь. Не понимаю, как Ксения не могла ее найти, ведь Оля оставила свою фамилию, Чумантьева… Понятное дело, что она ее и не искала. Еще не зная, не предполагая, как Оля отреагирует на мое появление в ее жизни, я сам подстроил нашу с ней встречу. Человек, который занимался ее поисками здесь, в Москве, узнал, где она иногда бывает. И мы встретились. И когда я увидел ее, то просто поразился тому, как она вообще выглядит… |