Книга Умереть не до конца, страница 163 – Питер Джеймс

Включив электрический двигатель, Миллиардер-в-пересчете-на-время бесшумно проскользнул мимо уборщицы, пробрался через запутанный лабиринт улочек до Куинс-роуд, а затем спустился с холма мимо башни с часами и, повернув направо, двинулся вдоль набережной.

Он пересек границу Хова, проехал мимо Центра досуга имени короля Альфреда, остановился у светофора в конце Хов-стрит, а затем через пару улиц свернул направо, к Вестборн-Виллас, широкой улице, застроенной дуплексами в викторианском стиле. После чего еще раз повернул направо к конюшням, превращенным в крытые гаражи. Он арендовал два гаража в самом конце, под номерами 11 и 12.

Припарковавшись возле одиннадцатого, Миллиардер-в-пересчете-на-время вышел из машины. Затем отпер и поднял дверь гаража, вошел внутрь, включил свет, после чего с силой опустил дверь вниз. Она закрылась с громким лязгом. Наступила тишина, лишь слегка нарушаемая слабым жужжанием двух увлажнителей.

Мир и покой!

Он с наслаждением вдыхал запахи, которые согревали его сердце: машинного масла, старой кожи, металла. Это был его дом. Его храм. В этом гараже, а иногда и в соседнем, где стоял крытый трейлер, он потратил так много часов, которые были предусмотрительно отложены на отдельном счету в его банке. Десяток часов каждый раз, сотни ежемесячно, тысячи каждый год!

Он с любовью смотрел на пылезащитный чехол, сквозь который угадывались плавные контуры автомобиля – сверкающего жемчужно-белого седана «Ягуар Мк-II» с двигателем объемом 3,8 литра, 1962 года выпуска. Автомобиль этот занимал так много места, что мимо него приходилось протискиваться боком.

На стенах были аккуратно развешаны инструменты: каждый на своем месте и все в таком идеальном состоянии, словно бы их только что вынули из упаковки. На одном стенде молотки – целая экспозиция, как в музее. На других – накидные и обычные гаечные ключи, щупы, отвертки и прочее. На полках были расставлены банки и флаконы с полиролью, средствами для чистки колес и хрома, для мытья стекол и полировки кожи, лежали губки, кусочки замши, ершики, причем все это выглядело совершенно новым.

— Привет, детка! – прошептал он, ласково поглаживая чехол и чувствуя под рукой изогнутую твердую крышу. – Ну до чего же ты хороша, просто настоящая красавица!

Продвигаясь вдоль борта машины, Миллиардер-в-пересчете-на-время ощупывал стекла, а затем капот. Он знал все ее особенности: каждую панель, гайку и болт, каждый дюйм стали, хрома, кожи, стекла, орехового дерева и пластика. Она была его детищем. Он нашел этот старый «ягуар» на заброшенной ферме, в сарае, где было полным-полно крыс и мышей, а затем целых семь лет кропотливо реставрировал развалюху. В результате теперь автомобиль был даже в лучшем состоянии, чем в тот день, когда более сорока лет назад сошел с заводского конвейера. Об этом свидетельствовали прикрепленные к стене гаража десять розеток за первое место в Concours d’élégance^[17] по всей стране. Помимо них, были также десятки розеток за второе, третье и даже четвертое места, но они сразу отправлялись прямо в мусорное ведро.

Миллиардер-в-пересчете-на-время напомнил себе, что сегодня попозже надо будет поработать над внутренней частью бамперов, невидимой для стороннего наблюдателя. Судьи иногда заглядывали туда и подлавливали на этом конкурсантов, а в конце месяца предстояло важное мероприятие в клубе водителей «ягуаров».