Книга Преступная связь, страница 46 – Марина Серова

Голос Елизаветы задрожал.

— Да, мы с Илларионом мечтали о совместном будущем, но… жизнь развела нас…

— Скажите, Елизавета Витальевна, как вы думаете, Илларион Леонидович мог быть замешан в убийстве Александра Тимофеевича? – спросила я.

Елизавета замерла.

— Я не знаю, – сказала она после паузы. – Но у них были… разногласия. Александр всегда был… ревнивым, и я слышала, как однажды они о чем-то спорили… Илларион… он мог сделать что-то такое… ну, необдуманное, что ли.

Под конец фразы Скорострельникова совсем смешалась и замолчала.

— Елизавета Витальевна, а вам не кажется, что то, что вы только что сказали в адрес Иллариона Леонидовича, это довольно серьезное обвинение? – спросила я.

— Да я никого не обвиняю! Это вы меня обвиняете! – вдруг взорвалась Скорострельникова.

— Вы что-то путаете, Елизавета Витальевна, – спокойным тоном сказала я. – В чем именно вы увидели мои обвинения? Я ведь просто спросила вас о ваших отношениях с Новостроевским, вот и все.

Елизавета ничего не ответила, а только закрыла лицо руками.

— Ну ладно, давайте сменим тему. Скажите, когда вы в последний раз видели своего супруга? – спросила я.

— Это было как раз в тот день, когда его… когда он…

— Понятно. А где именно?

— Что?

— Ну, где именно вы видели своего супруга? Дома или вне дома?

— Это было дома, утром. Мы позавтракали, а потом Саша уехал в свой офис, а я отправилась в галерею.

— И это все? Потом, после того, как вы и ваш супруг поехали каждый по своим делам, вы еще встречались?

— Нет, потом мы с Сашей не виделись.

— А как дальше развивались события? Когда вы позвонили в полицию и сообщили о том, что Александр Тимофеевич не вернулся домой?

— Это было поздно вечером, практически ночью. Я… мне стало тревожно, ведь на часах было уже почти два часа. Я позвонила одному из приятелей Саши, но он сказал, что у него его нет, а где он может находиться, не знает. Тогда я позвонила в офис, но мне никто не ответил, – сказала Елизавета.

— А вы что же, надеялись, что в два часа ночи в офисе кто-то будет находиться?

— Нет, но… скорее всего, я просто не осознавала, что делаю, просто я очень… испугалась

— Испугались чего? – продолжала допытываться я.

— Ну, что с Сашей могло случиться что-то такое… страшное…

— Скажите, а разве раньше Александр Тимофеевич всегда возвращался домой вовремя? Раньше не было такого, чтобы ваш супруг приходил домой так поздно? – спросила я.

— Да, такие случаи были, – тихо проговорила Елизавета и опустила голову.

— Но вы не звонили в полицию, верно? – уточнила я.

— Что вы хотите этим сказать, Татьяна Александровна?

Скорострельникова посмотрела на меня.

— Только то, что почему-то именно в этот раз вы проявили обеспокоенность, естественную обеспокоенность, подчеркну. У меня сложилось такое впечатление, что вы, Елизавета Витальевна, как будто бы знали, или предчувствовали, скажем так, что с вашим супругом могло случиться что-то такое нехорошее. Это так? Вы на самом деле знали? – спросила я.

— Простите, но вы что же, подозреваете меня?! – воскликнула Скорострельникова.

— Елизавета Витальевна, на данном этапе расследования я подозреваю всех, кто так или иначе связан с Александром Тимофеевичем. А вас, его супругу, я подозреваю в первую очередь, – ответила я.

— Но…

— Послушайте, если происходит убийство кого-то одного из супругов, то подозрение в причастности падает на другого. В дальнейшем, по мере накопления фактов, фигуранты отсеиваются, – объяснила я.