Онлайн книга «Сердце подонка»
|
И никакого Ника больше. Никаких чувств к нему. Если подойдёт хотя бы на метр, я его уничтожу просто. Раздроблю его сердце на части, и он пожалеет, что вообще со мной связался когда-то… Холодная война началась… Глава 14 Никита Хорольский Глаза продираю у Тохи от громкого звука собственного телефона. Твою мать… Как же гудит башка… И какая отвратительная мелодия стоит у меня на звонке. На связи отец… И мне пиздец стыдно за вчерашнее… Я вёл себя стрёмно по отношению ко всем. И перед Эльвирой до сих пор не извинился, и вообще зря Киру позвал. Да и отца не замечал вчера даже. Тратил время только на свою ревность к этому ушлепану. А надо было… Надо было попробовать показать ей то, что я сожалею. Не знаю, как было это делать, когда она нарочно пришла с другим парнем. Я просто… Я растерялся, как бы тупо это ни звучало. Не по-мужски, в курсе. Но что делать, если у тебя от чувств к девушке внутри всё кипит. Если ты не контролируешь ситуацию. Хочешь наладить, а делаешь только хуже? Как это называется? Не везёт или что? Вот я и напился, потому что иначе бы пол дома разнёс. Да вдобавок и этого Кирилла бы приложил, я уверен. Я даже хреново помню, как доехал, если честно… Хорошо, что Тоха недалеко от меня живёт. И насколько вижу из окна свою тачку, она в полной порядке. Значит, всё было без эксцессов, слава Богу. Но лучше не рисковать. Поднимаю трубку, еле отрывая башку от подушки. — Да? — Ник… С тобой всё в порядке? — Да… А что… — Кира тут в бешенстве с утра была, потому что ты так и не вернулся… Я вообще не понял, когда ты свалил… Все куда-то делись… — Все? — снова запрокидываю голову. Вдруг есть какой-то шанс, что Женя уехала меня искать? Вдруг она меня искала и потеряла? У меня аж сердце начинает быстрее колотится от надежды об этом, но потом отец быстро прерывает этот порыв одной фразой. — Женя с Кириллом утром, судя по всему, уехали, вместе… Меня бомбит даже от произношения их имён в одном предложении. И хочется что-нибудь вокруг разнести, но не будешь же этим заниматься у друга в гостях в семь утра… Поэтому я просто скриплю зубами и проглатываю гордость, которой уже вообще, кажется, не осталось. Одна только видимость. Да и та, если приглядеться, вся растресканная, нахрен. — Ну, конечно, — отрезаю, представляя, что они ночевали в одной комнате… На одной кровати… И меня всего, сука, передёргивает. Просто будто ток по телу пустили. Высоковольтный. Смертельный… Издевательство. Провожу ладонью по сонной роже и чувствую её запах… Просто руки ей пахнут. От и до… Сладко… Невозможно. Потрясающе. До безумия вкусно. С ума можно сойти. Нюхал бы и нюхал, как задрот последний. Что мне остаётся? Вспоминаю, как трахал её вчера и всё по-новой, блин. Хочется… Зажать её, пройтись по телу руками, целовать, пока губы не заболят… Пока её тонкий голос не сорвётся подо мной от стонов, пока она вся взмыленная и уставшая не скажет, что любит меня и не уснёт на моём плече, как уже было когда-то… Как побежит встречать из дома и прыгнет на руки… Как будет рассказывать о чём-то личном. Гадать на своих тупых книжках… Прижиматься ко мне в кинотеатре. Беспокоиться и всё понимать по одной моей роже, словно читать меня, как открытую книгу… В этом всё моя Женя… Моя… Или уже нет… Блядь, как же мне хреново. Словно опухоль вместо сердца… |