Книга Дочь тренера. Бой без правил, страница 81 – Екатерина Аверина

— Елизарова, — называют мою фамилию.

Собрав свои вещи и спрятав телефон в рюкзак, вхожу в просторный, светлый кабинет.

— Инна, воды девочке принеси, — с ходу говорит врач — мужчина, с виду ровесник моего отца. Располагающий, с внимательным, участливым взглядом.

Мне становится капельку полегче. Он вряд ли будет распинать меня за беременность в девятнадцать. Да и не те времена сейчас. Опять возвращаюсь мыслями к маме. Снова восхищаюсь ее смелостью. Давление общественного мнения в ее юности было гораздо сильнее.

Медсестра приносит мне пластиковый стаканчик с водой. Делаю несколько глотков и на длинных выдохах рассказываю врачу суть проблемы, никак не заикаясь о Матвее. Отдаю результаты анализов.

— Давай сначала посмотрим, кто у тебя там, потом поговорим о решении. Хорошо? — предлагает врач. — Проходи за ширму. Раздевайся. Стесняться меня не надо, у меня сейчас нет пола, есть квалификация и опыт, — подмигивает он.

Забираюсь на кресло, зажмуриваюсь. Врач очень деликатно проводит осмотр. Тут же делает УЗИ.

— Смотри на монитор, Алексия.

Отрицательно кручу головой.

— Я боюсь, — шепчу ему.

— Там нет ничего страшного. Четырехнедельное плодное яйцо.

Мой мозг на автомате считает.

— Ну вот, заулыбалась, — смеется врач.

— Знаю точную дату, когда это случилось.

Поворачиваю голову, открываю глаза и смотрю на экран. Слышу, как открывается дверь кабинета. Сжимаюсь, гася в себе рефлекс сдвинуть ноги.

— Мужчина, вам сюда нельзя. Идет осмотр пациентки, — ругается медсестра. — Написано же: «Занято»!

— Лекси, я здесь. — Запыхавшийся, нервный голос отца заставляет меня вздрогнуть еще раз и сжаться сильнее. — Ничего не делать с моим ребенком без моего согласия! — рявкает он и, судя по грохоту захлопнувшейся двери, снова выходит в коридор.

Матвей

Слышал, что Терехов уехал в середине второй тренировки. Меня на ней не было. Я заживо сгораю изнутри, забравшись с ногами на подоконник у окна на последнем, пустующем в вечернее время этаже нашего Дворца.

Подтянув к себе колени, прислоняюсь виском к холодному стеклу. У меня сердце лопнет сейчас. В момент, когда Лекси ушла, в нем произошел ядерный взрыв, и ледяной нарост, к которому я так привык, разлетелся в клочья. Тяжелые глыбы врезаются мне в легкие сосуды, мышцы, кости. Жизненно важный орган в любую секунду разорвет, разметает на ошметки. Меня всего непрерывно перемалывает в кашу. Будто грудную клетку разворотило, вывернуло наружу, а в легких не осталось ни грамма воздуха, и сделать новый вдох у меня не получается.

«Она ушла» — пульсирует в висках.

Ушла…

Ничего не объяснив. Не пытаясь оправдаться. Красиво, гордо. И мое сердце уже не принадлежит только мне. Оно на грани своих возможностей рвется по ее маршруту.

Это выбор? Ее чертов выбор⁈ Уйти к нему?

Я никак не могу уложить это в голове. У меня, сука, ничего не получается! Это же моя… Моя, мать его, Улыбашка! Откуда эта ложь между нами? Почему не сказала про пацана с фото? Сложно? Не определилась?

Черт! Какой бред…

Как остановить эти химические реакции в венах? Я еще никогда не впадал в такой неадекват. Меня опять неконтролируемо встряхивает. По телу проходит волна озноба, скрежет собственных зубов раздается где-то в голове.

Чертов телефон вибрирует. Приподняв задницу, достаю разбитый аппарат из заднего кармана. Вижу, что пришло сообщение, но от кого именно, прочитать не выходит. Паутина трещин забивает имя абонента. Царапнув пальцем, открываю. Стараясь не смотреть на фотки, включаю голосовое: