Книга Развод. Попробуй, верни меня!, страница 98 – Ольга Белозубова

Я вздрагиваю, словно от удара.

— Иду.

Сгребаю со столешницы все три теста, выхожу в коридор на ватных, непослушных ногах.

Кирилл стоит у стены, скрестив руки на груди, и смотрит на меня выжидающе.

Не глядя, пихаю ему их все разом и мрачно бурчу:

— На.

Разворачиваюсь и, опустив голову, направляюсь в спальню. Не хочу смотреть, как Кирилл перебирает тесты, а на всех по одной полоске. Каждая из них как кнут. Как приговор. Как окончание той жизни, которая у меня могла бы быть.

Ноги едва держат, в голове пульсирует один вопрос: сразу начинать собирать вещи или подождать, пока Кир прикажет?

Наверное, лучше начать сразу. Хоть какая-то инициатива. Покажу, что сама понимаю: накосячила, пора уходить. Может, тогда он хоть денег даст на первое время, пока не найду жилье...

— М-да, — вдруг раздается позади голос Кирилла.

Я замираю на пороге спальни, но не оборачиваюсь. Жду, что он вот-вот скажет. Жду приговора.

— Технологии настолько шагнули вперед, а тесты все так же либо полосочки показывают, либо плюсики, — продолжает он, хмыкает с какой-то усмешкой: — Нет бы сразу срок и пол ребенка писали.

Я замираю как вкопанная.

Медленно, очень медленно поворачиваюсь к нему.

— В смысле?

— Что в смысле? — Кирилл пожимает плечами и протягивает мне тесты обратно. — Говорю, что такие тесты уже давно устарели, могли бы их уже усовершенствовать. Держи.

Я машинально беру их из его рук, но все еще не понимаю, что происходит. Смотрю на него во все глаза, ожидая подвоха.

Он кидает взгляд на свои наручные часы.

— Ну все, мне пора на работу. — Подходит ближе, прижимает меня к себе и чмокает в щеку. — Увидимся вечером.

И уходит, насвистывая что-то себе под нос.

Я стою в коридоре — целую вечность, как мне кажется, — и смотрю на закрывшуюся за ним дверь.

Потом медленно опускаю взгляд на тесты в руках и… вижу на каждом из них две полоски. Слабенькие, нечеткие, но две.

Диана

Три дня. Осталось всего три дня до повторного заседания, после которого я наконец-то получу развод.

После той нашей ссоры в кафе Кирилл пропал с горизонта, словно растворился в воздухе: не звонит, не пишет, не появляется. И знаете что? Мне от этого только легче.

Ну, хоть с дочкой встретился, и то хлеб. Похоже, даже умудрился ничего не испортить в очередной раз, судя по тому, что они уже созванивались после встречи. Как минимум не сказал ей то же, что и мне: что собирается жениться на моей бывшей подруге. То ли хватило ума этого не делать, то ли и правда ляпнул это тогда в сердцах, не собираясь идти с ней под венец.

Еще Лиза рассказала, что меня во время их встречи он вообще не упоминал. Ни слова. Даже не спросил, как я. Действительно, зачем? Я для него после отказа вернуться — отрезанный ломоть. Ненужный кусок прошлого.

А как клялся, как божился, что ценит семью, что не хочет терять то, что мы строили...

Вот уж точно: те, кто громче всего кричат о важности семьи, быстрее всех в случае чего от этой семьи и отворачиваются. Главное, он останется при своих деньгах — вот что для него действительно важно.

Надеюсь только, раздел пройдет гладко и Кирилл больше не будет трепать мне нервы.

Честно говоря, я безумно благодарна Давиду. Даже не знаю, как бы переносила все это без него.

Вот и сейчас еду на встречу с ним, но не в ресторан, а к нему домой. Случай особый — встреча с его мамой, которая приехала к нему в гости на несколько дней.