Книга Развод. Попробуй, верни меня!, страница 28 – Ольга Белозубова

— А-а-а! — орет она благим матом, потому что тесто попадает ей в глаза, в рот, в нос.

Аня хватает воздух ртом с закрытыми глазами, словно рыба, выброшенная на берег. По ее волосам, лицу и халату стекают «любимые блинчики Кирюши». Тесто медленно сползает с ее подбородка на грудь, оставляя белые дорожки. Несколько капель падают на пол с тихим «кап-кап».

Я удовлетворенно осматриваю плоды своих трудов, пока она пытается протереть глаза, чтобы их открыть. У нее ожидаемо ничего не получается, потому что рукам тоже досталось, и она лишь размазывает тесто еще больше, превращая лицо в белую маску.

— Держи, — сую ей в руки полотенце.

Она опять вздрагивает, отдергивает руку, как будто я даю ей змею.

— Это полотенце, — поясняю с издевательским терпением.

Только тогда она берет его дрожащими руками и вытирает лицо. Смотрит на меня во все глаза, видимо, удивленная моей неожиданной добротой.

— Все, теперь видишь?

— Д-да... — шепчет она, и в ее голосе слышится страх.

— Отлично. А теперь давай на выход. Дверь знаешь где или тебе подсказать?

— Диана…

— На выход! — уже жестче бросаю я. — Или мне вызвать полицию?

— Кирилл сам меня пригласил, — истерично оправдывается Аня. — Ты не имеешь права меня выгонять! Я не пойду на улицу в таком виде!

Она отпрыгивает в сторону от меня — видимо, боится, что потащу ее силком.

Молчит, лишь шумно дышит, вытирая все еще стекающее с волос тесто с лица.

И в этот момент я отчетливо слышу звук хлопнувшей входной двери.

Кирилл вернулся.

Звук шагов отчетливо раздается в тишине дома. Тяжелая, знакомая поступь мужа.

Аня тут же оживляется, словно получила заряд энергии. Глаза загораются надеждой, и она уже готова броситься к двери, но я преграждаю ей путь.

— Стоять! — шиплю.

Она смотрит на меня с вызовом, а потом резко кричит:

— Кирилл! Кирилл, иди скорее сюда!

Звук шагов стихает на пару секунд, а потом муж появляется в дверном проеме и замирает с вытянувшимся лицом, оценивая картину маслом.

Его взгляд скользит от меня к Ане, покрытой тестом, потом к разлитым по полу остаткам «блинчиков».

— Что здесь происходит? — спрашивает он ровным голосом, но я замечаю, как напрягаются мышцы его челюстей.

— Кир, — тут же подает голос Аня, и в ее интонации столько фальшивой, жалобной беспомощности, что меня аж передергивает. — Диана набросилась на меня безо всякой причины! Я просто готовила тебе ужин...

— Безо всякой причины? — повышаю голос я, чувствуя, как в висках стучит кровь. — Ты в моем доме, в моем халате!

Кирилл делает шаг вперед, и я вижу в его глазах что-то странное. Не злость, не раскаяние, а… удовлетворение. Он что, получает удовольствие от этой сцены?

— Диана, успокойся, — говорит муж снисходительным тоном. — Ты ведешь себя как истеричка.

— Истеричка? — повторяю я, и голос звучит опасно тихо. — Знаешь, Кирилл, любая нормальная женщина истерила бы. Когда узнала, что муж спит с лучшей подругой целый год.

Аня вздрагивает и бросает умоляющий взгляд на Кирилла.

— Год... — повторяет он задумчиво, словно пытается вспомнить. — Да нет, Диана. Ты все преувеличиваешь.

Он врет. Прямо мне в лицо. И даже не краснеет.

— Преувеличиваю?

— Диана, ну сколько можно… — вмешивается Аня.

— Заткнись! — рычу на нее.

— Не ори на Аню, — одергивает меня Кирилл, и в его тоне появляется жесткость. — Она не виновата в том, что между нами случилось.