Книга Тагир. Девочка бандита, страница 93 – Анастасия Сова

Только бы успеть.

Бросаюсь к жуткой двери и распахиваю ее.

Есения

Я не знаю, как передать эти эмоции. Но больше всего на свете я боюсь сейчас, что опоздала.

Нужно было сразу не пускать Тагира. Надо было оставить тому мужчине шанс.

По лестнице бегу очень быстро, даже не боясь споткнуться о ступени, запутавшись в собственных непослушных ногах.

Слава Богу, успела!

Правда зрелище не для слабонервных.

Ахметов сам стоит в клетке. Перед ним на коленях сгорбленный сидит молодой бандит. Думаю, он последний, кто остался в живых из той банды.

С одной стороны, эти негодяи получили по заслугам. С другой — странно становится даже представить, сколько еще таких бедолаг стояло на пути Ахметова. И мне еще так много предстоит о нем узнать…

Но хочу ли я? Нужно ли мне знать эту правду? Или, может, будет достаточно того маленького мира, что мы будем строить только вдвоем?

Замираю, стараясь выровнять сбившееся дыхание и не задохнуться от эмоций и переживаний.

Тагир медленно поворачивает голову в мою сторону. Тот, другой, не шевелится. Мое появление ровным счетом никак на него не влияет.

— Я же сказал, — напоминает бандит, — идти в спальню.

— Прости, Тагир… — тихо произношу. — Но я не могу так. Не могу, зная, что ты здесь… — недоговариваю. Наверное, я никогда не привыкну. Смерть людей — это всегда страшно. И неважно хорошим был человек или плохим.

Ахметов ничего не отвечает. Его лицо холодное и суровое. Оно ничего не выражает. Наверное, именно так и выглядит хладнокровный убийца, у которого вместо сердца почерневшая ледяная глыба.

И я не хочу даже думать о том, что именно такого отца однажды увидит наш малыш.

— Пожалуйста… — прошу. Договаривать нет необходимости. Ахметов все понимает. Знает, о чем молю.

Но он лишь немного ведет головой, чтобы в последствии выдать свой безжалостный ответ:

— Поднимайся в спальню, фея. И жди меня там.

Дыхание сбивается в груди. Там начинает давить.

Глаза застилает пеленой слез. Ком забивается в горле, и он такой здоровый, что я не смогу больше произнести ни слова, даже если захочу.

— Я даю тебе три секунды! — жестко отталкивает меня словами Ахметов.

В его взгляде что-то вспыхивает в этот момент, и я вдруг вспоминаю, что такое страх. Как боялась просто смотреть на Тагира. Думать о том, что он прикоснется ко мне.

Но какая-то неведомая сила заставила меня забыть об этом. Подумать совсем иначе…

Ничего больше не отвечаю. Лишь мотаю головой и бросаю прощальный взгляд на молодого бандита, потому что этого парня я больше никогда не увижу.

И я не смогу его спасти.

И, стараясь убедить саму себя, что парнишка виноват сам, ведь надо было думать, на кого лезешь, бегу обратно в спальню. Ложусь на кровать и скручиваюсь там маленьким беззащитным комочком.

Не знаю, сколько времени проходит прежде, чем ко мне приходит Тагир.

Он садится на кровать, и я едва сдерживаю судорожный вздох.

Мои глаза все еще горят, но слез нет. Они высохли, оставив лишь нестерпимую резь и боль где-то в районе сердца.

— Посмотри на меня, фея, — просит Ахметов. Но я не реагирую.

Тогда он заставляет меня повернуться, рывком дергая на себя.

Смотрю на него своими красными глазами, а Тагир заглядывает в мои.

Мне кажется, будто в глубокой темноте его глаз больше нет того гнева, что я видела в подвале. Для меня сейчас предназначается другой взгляд. Менее суровый, но все такой же неодобрительный и неподвижный.