Книга Сделай мне ребенка, страница 78 – Ольга Тимофеева

Но для нее трагедия, если от нее кто-то уедет голодным.

Я накладываю себе салат.

Алексей ест с удовольствием. Как будто час назад и не ел ничего у своей мамы. А там мы съели не меньше. Я так точно ещё не все переварила.

— А что за рыба?

— Да у нас тут озеро недалеко, словил пару щучек, - хвастается папа, - вот мать и наварила.

— Да, мы когда с ребятами в поход ходим, так тоже уху варим, но на костре это другое.

— Оооо, сравнил. Все с костра - оно как-то натуральней выходит. И ещё этот аромат дыма. Ммм… - Леша так рассказывает, что мне уже с ним в поход хочется.

— Я, когда варю уху на костре, добавляю пару капель коньяка. Только в самом конце. Прямо в каждую порцию. Аромат потрясающий.

Леша спокойно общается, как у себя дома. Зато я, наоборот, вся напряжена, от того, что мама слишком внимательно смотрит. Папа слишком много шутит. И вообще все это становится… почти как семья.

Слишком уютно.

Слишком тепло.

Слишком все просто.

И от этого немного тревожно.

Потому что мы же просто договорились. Просто сделка. Без эмоций. Без планов.

— Ой, я же хотела вас ещё угостить своими огурчики солеными.

— Мам, ну….

Но она уже не слушает, выходит.

Через пару минут уже выносит на стол очередную миску с солеными огурчиками, ставит с таким удовлетворением, будто спасла человечество от вымирания, и тут вдруг останавливается, глядя на меня.

— Софийка, - щурится, - а у тебя что это в волосах?

— Где? - тяну в ответ, машинально проводя пальцами по макушке.

— Да вот, - мама вытаскивает из прядей пару зеленых еловых иголок. - Это ты где, на елке ночевала?

Я сглатываю. Горло пересыхает моментально. Переглядываюсь с Алексеем. Только бы не ляпнул чего-то. Он может.

Щеки пылают. Нет, ну правда, могло же что-нибудь более нейтральное прилипнуть, ну, не знаю... перышко там, лепесточек, но нет - елка. После всего, что мы… в лесу же…

Алексей еле заметно приподнимает уголок губ.

Точно сейчас что-то скажет…

— Да мы, - пожимает плечами, - шли через сквер, а там борются с засухой - поливают деревья сверху прямо из пожарных рукавов. Видимо, что-то и прилетело.

— Серьёзно? - удивляется мама.

— Конечно, - кивает Алексей, врет и даже не краснеет. - Даже у нас, пожарных, бывают такие внештатные ситуации.

— Ну надо же… - качает головой мама. - Хорошо, что не с ног до головы мокрые вернулись.

И мне хочется его обнять и зацеловать, что наплел им какой-то ерунды.

— Что там иголки… вон, - тянется в карман и достает шишку. Мою шишку, - в Софью вон шишка упала, чуть не убила.

А теперь хочу его придушить.

Пока Леша ещё раз идет с папой в гараж, что-то обсуждая по машине, мама крутится вокруг меня, когда я мою посуду.

— Софийка, а он просто коллега или мне не показалось?

Мама эта…

— Просто коллега. Мы дружим просто.

— Ты присмотрись, Соф. Я так поняла, он холост, ты тоже одна. Хороший же мужчина.

— Мам, он вдовец и у него взрослая дочь есть.

— Так что теперь, что вдовец? Не человек, что ли?

— Я о другом. Жена погибла. Он не хочет отношений.

— А вы что, уже об этом говорили? - выбирает полотенцем насухо тарелки.

— Мам, я психолог в части. Я с каждым из них разговаривала и знаю их проблемные места. Потому что в стрессовой ситуации это может обернуться против них.

— Да нормальный он. Видно же. Ай, - бросает полотенце, - что ты всем диагнозы ставишь. Ты не врач.