Книга Тамбовский волк, страница 67 – Виктория Рогозина

Сердце гулко забилось в груди, глуша все посторонние звуки. Он чувствовал, как тонкие пальцы Полины дрожат у него на плечах, как её дыхание путается с его. Маленькая, будто сделанная из стекла — такая хрупкая, нежная, живая. Он не понимал, как такое возможно — чтобы кто-то был настолько близко и при этом всё равно казался почти недосягаемым.

Он провёл ладонью по её спине, медленно, словно проверяя, что это не сон. Она не отстранялась. Наоборот, её пальцы сжались крепче, а губы дрогнули, будто говоря больше, чем она могла бы сейчас произнести словами.

И вдруг — как вспышка — Полина отпрянула, испуганно выдохнув, и села, не глядя ему в глаза.

— Прости... — прошептала она. — Я не должна была...

Макар сел рядом, с серьёзным лицом, наблюдая за ней сбоку. Его голос прозвучал низко и спокойно, почти шёпотом:

— Почему?

Полина всё ещё смотрела в пол, растерянно дёргая край его футболки, которую носила на себе.

— Потому что... я не понимаю, что со мной. И... ты не обязан...

Макар тихо засмеялся — совсем не насмешливо, а с какой-то грустной нежностью. Он провёл ладонью по её спутанным волосам.

— Кнопка. Я обязан. Потому что хочу.

Полина, всё ещё зажмурившись, будто надеялась, что мир исчезнет, если она не будет на него смотреть, тяжело выдохнула. Её щёки пылали, будто она сидела слишком близко к костру, и этот жар перебрасывался на всё тело. Она почувствовала, как Макар отстранился — движение воздуха, лёгкий шелест ткани, и только потом — тихие, почти неуверенные слова:

— Плохо мне без тебя, кнопка… — в голосе Макара было столько сдержанной боли, что Полина непроизвольно сжала пальцы в кулаки. — Знаю, что накосячил. Но ведь… ты мне даже шанса всё исправить не дала.

Она молчала, по-прежнему с закрытыми глазами, словно даже звук его голоса щекотал что-то глубокое и уязвимое. Потом, после паузы, тихо, почти неслышно пробормотала:

— Я… немного погорячилась.

Макар хмыкнул, но сдержанно, без злости.

— Немного, да? Артём чуть не стал одноруким гитаристом из-за твоего «немного».

Полина резко распахнула глаза, в которых отразились одновременно испуг, удивление и смущение. Макар, словно почувствовав её слабину, придвинулся ближе. Его ладони мягко обхватили её лицо — большие, тёплые, надёжные. Его взгляд впился в её, такой внимательный и чистый, будто он боялся, что она снова исчезнет, как это уже однажды случилось.

— Давай встречаться? — выдохнул он одними губами, почти не касаясь воздуха.

Эти слова обволокли её, будто закутали в плед из чего-то невероятно простого и при этом пугающе настоящего. Полина не знала, что сказать. Сердце грохотало, и всё внутри кричало одновременно «да» и «стой». Она прикусила губу и смотрела на него так, будто он был вопросом, на который она не знала ответа.

— Ты уверен? — наконец, хрипло спросила она. — Во мне, в нас? Ведь я… совсем не идеальна.

Макар усмехнулся краешками губ.

— А я, по-твоему, идеален? — он чуть наклонился ближе. — Я просто хочу быть рядом. Слушать, как ты чихаешь. Ловить тебя, когда ты падаешь. И отдавать тебе футболки, в которых ты выглядишь лучше, чем я.

Полина снова покраснела, но на этот раз не отвернулась. Она смотрела ему в глаза — прямо, открыто, со всем тем страхом и доверием, которые могли уместиться в одном коротком взгляде.