Книга Бандерос для училки, или Мечты сбываются…, страница 23 – Мари Александер

— Кухня, экскурсия? Бандерос, ты решил переместиться в помещения, где есть двери, которые можно закрыть? – уточнила я и, воспользовавшись тем, что его руки уже не держали меня крепко, смогла вырваться из его объятий.

Перебравшись подальше от него, но не дальше того самого дивана, на котором мы сидели, я поправила лиф платья и одёрнула подол. Пойманная за ногу, я отодвинулась, насколько это было возможно, подальше – на другой конец дивана.

— Бандерос, – сказала я и осеклась.

— Да, моя секси-училка, – вторил мне бархатным голосом уже явно возбуждённый мужчина.

Чёрт, да я же сама его сейчас провоцирую и не на серьёзный разговор, а совсем на другое. Он уже знал, что Бандеросом я зову его именно тогда, когда сама возбуждена, это выходило само собой, на подсознательном уровне. И несмотря на то что визуально мой мужчина не был сильно похож на одного голливудского актёра, эта дурацкая кликуха, полученная им ещё в годы юности, сводила меня с ума.

— Антон, – попыталась я изменить ситуацию, говоря серьёзно, – я приехала на ужин, а так как у тебя дочь дома, мы сейчас просто поговорим, и я поеду домой.

— Тоже мне сказочница, удумала она, – так же серьёзно сказал он и, не прилагая больших усилий, так же держа за щиколотки, притянул к себе. – Кто же тебя отпустит?

— Банде… – начала я говорить, но чертенята в глазах Стрельцова снова напомнили мне, что это выдаёт меня с головой, исправилась: – Антон, прекрати.  Вика услышит – это раз. Она может в любой момент выйти из своей комнаты – это два. И вообще, меня эта ситуация смущает.

Он поднялся вместе со мной и, обнимая меня за талию, направился на кухню. На мой возмущённый взгляд ответил:

— Двери закрывать не будем, просто реально хочется чего-нибудь выпить. Потом устрою тебе всё-таки экскурсию.

Меня снова посадили на стул возле острова, а Бандерос, то есть Антон, занялся кофе, и хотя была уверена, что пить его не буду (я старалась минимизировать количество этого уже запретного для меня напитка), отговаривать его не стала, только попросила налить мне сразу стакан сока. На удивление, в его холодильнике нашёлся мой любимый грейпфрутовый. Его я и пила, разбавив водичкой, увы, и на цитрусовые в большом количестве был запрет.

Пока Антон был занят кофе, попыталась с ним поговорить.

— Так значит, это мы фактически твой день рождения отмечали в хижине в заповеднике? – подбирая слова, спросила я.

— Если быть точным, то день рождения был в пятницу, а мы с тобой были там с пятницы до понедельника, так что нет, мы просто отдыхали, – поразмыслив, ответил он.

— Ты сказал, что 1 февраля родился, – стараясь не показать обиды, сказала я.

— Нет, Мира, 1 февраля у меня именины, и я честно тебе в этом признался. И потом это ведь не так важно.

— Для тебя, может, и да. А я вот обиделась бы, если ты не поздравил бы меня с днём рождения, – говорила чисто на эмоциях, не задумываясь.

И получила столь же искренний ответ.

— А вот о твоём дне рождения я не забуду. Обещаю, его мы проведём в не менее приятном месте. Так что не планируй ничего.

— До моего ещё нужно дожить, – попыталась отшутиться я.

— Попробуем, и, думаю, у нас получится, – искренне улыбнулся мне в ответ самый желанный мужчина.

Он поставил передо мной мою кружку с кофе, на котором красовалось облако из взбитых сливок, посыпанных шоколадом.