Книга Кривые зеркала, страница 12 – Жанна Даниленко

Бабушка на кухне повысила голос, и Юля вздрогнула, почувствовав внезапный холодок. Опять бабуля чем-то недовольна и высказывает своё недовольство маме. Надо всё-таки вставать и идти на помощь, вызвав огонь на себя. Был риск, что мама, которая сейчас выступала в роли жертвы, присоединится к бабушке, и тогда помощь понадобится уже самой Юле, но ей не привыкать. Конечно, это раздражало, хотелось, чтобы и мама, и бабушка наконец поняли, что она уже взрослая, и не лезли с нравоучениями, но произойдёт это нескоро, если вообще когда-нибудь произойдёт. Вон бабушка маму до сих пор поучает…

Внезапно Юлю осенило: а что это бабушка с самого утра делает в их квартире? Интересно, папа успел уйти на работу до её появления или нет? Временами ей казалось, что если бы бабуля не лезла в их семью, то и папа с мамой меньше бы ссорились.

Юля решительно поднялась, сняла ночную рубашку, накинула лёгкий ситцевый халат, прихватив волосы заколкой, чтобы было не так жарко, и вышла из комнаты.

— Проснулась наконец! — недовольно встретила её мама, а бабушка лишь головой покачала.

— Чуть-чуть, внученька, до обеда не доспала, — ехидно заметила она и тут же возмутилась: — Юля, разве так можно!

— Что-то случилось? Мы куда-то опаздываем? — удивлённо спросила Юля. Бабушка махнула на неё рукой и отвернулась.

Мысленно возликовав — кажется, у неё получилось обойтись малой кровью! — Юля сбежала в ванную комнату. Немного постояв под прохладными струями душа, быстро помылась, сожалея, что удовольствие не может быть вечным. Нужно одеваться и выходить, чтобы опять не услышать очередную порцию упрёков.

Но как бы не торопилась Юля, пришлось повозиться, расчесать мокрые волосы — та ещё задачка. Можно, конечно, воспользоваться маминым феном, но лучше не надо. Был он приобретён мамой втридорога, назывался "Сюрприз" и действительно был полон сюрпризов: гудел, как самолёт, работал, когда и сколько хотел, а ещё запах от него шёл такой, что казалось, что он вот-вот загорится прямо в руках. Поэтому практической пользы от этого прибора было немного, роль у него была другая — декоративно-статусная. И не дай бог сломается — мама Юлю не простит.

В очередной раз дёрнув спутавшиеся волосы, она с раздражением подумала о том, что косы ей надоели, и решила, что как только начнутся занятия — обрежет их ко всем чертям. Родственницы, конечно, захотят её за это прибить, но мучаться с длинными волосами только потому, что им так нравится, она не будет. Обратно косы не приклеить, так что поворчат мама с бабушкой и успокоятся.

Пока она мылась, мама накрыла на стол. Юлю ждала глазунья из двух яиц и сосиска. В чашке остывал кофе с молоком.

— Спасибо, — она чмокнула маму в щёку и уселась завтракать.

— Что вы творите, через два часа обед, — ворчала бабушка.

— Есть мы будем, когда Саша с работы придёт, а сейчас сходим в ЦУМ — приглядеться, прицениться. Юлю к началу занятий одеть надо. Только вот что где взять… У меня никакого блата в торговле нет. — Мама обречённо махнула рукой.

— Ты у мужа спроси, у него кто только не лечится. Пусть позвонит, попросит. От просьбы никто не разваливался, — продолжала ворчать бабушка.

— В «Гангу» надо съездить, — предложила Юля, желая погасить назревающий скандал. — Девчонки из класса говорили, что там вещи классные.