Книга Мишень Номер Один, страница 123 – Вета Мур

— Это больница, а не подъезд, в котором любят происходить подобного рода дела, – сухо сказала она взглянув на мой гипс, расстёгнутый низ рубашки Светлого и моё задранное платье под пиджаком. – Девушка, вам вообще покой нужен. И постельный режим.

Ну допустим постельный режим почти произошёл… Для него постель необязательна.

— Нам… – начал спокойно говорить Светлый. Даже дыхание уже выровнялось.

— Вам обоим нужно на выход, а не морозить свои причиндалы, – перебила она. – Здесь сквозняк и куча больных. Незачем им это видеть. Ещё сердце станет.

С этими словами, она развернулась и быстро ушла вглубь по коридору. Оставляя после себя только звук каблуков и шлейф антисептика.

Мы со Светлым переглянулись и тихо рассмеялись, посматривая на опухшие губы друг друга. В его глазах всё ещё плескалось веселье, только теперь оно перемешалось с нежностью и внутренним теплом.

— Не знала, что в вас столько эмоций, Роман Андреевич, – с насмешкой сказала я потирая больную ногу. – Я и так после боевого ранения, а вы ещё набросились на меня… Благо, что оставили в живых.

— Валентина, не преувеличивай, – закатил глаза Светлый. – Но мы и правда забылись. Подумать только, в стенах больницы…

— Надеюсь, какой-то извращённый дедушка не наблюдал за нами, своим вставным глазом.

Светлый улыбнулся и подошёл ближе. Я ждала продолжения праздника, но он лишь притянул меня к себе. И обнял. Нежно. Бережно. Будто боялся потерять. Моя щека упёрлась ему в грудь, под тонкой тканью рубашки слышался учащённый стук сердца. Я довольно улыбнулась. По привычке, мои пальцы начали рисовать сердечко на его груди. Несколько раз я повторяла один и тот же узор. Это меня успокаивало. Дарило надежду на то, что у Его Светлости и правда что-то есть под кучей костей и заметных мышц.

— Поехали домой, – коротко сказала я.

— Да, конечно, – аккуратно отодвинулся он от меня. В его голосе скользнуло едва заметное разочарование. – Тебя отвезти к родителям или в твою квартиру?

— Квартира? Откуда ты знаешь?

— Я слышал разговор твоих родителей, – посмотрел мне в глаза Светлый. – Они голову ломали, куда ты могла податься. И вспомнили о том, что у тебя есть квартира.

— Подслушиваете, Роман Андреевич? – провела я ногтем по его белой линии живота. – Ещё мне что-то говорили.

— Я случайно услышал, а ты специально крутилась у аудитории. Это другое.

Мягко улыбнувшись, я сделала шаг к Светлому. Точнее, попыталась. Гипс дал о себе знать. Его Светлость даже не успел возразить. Я схватила его за шею, неуклюже, почти по-детски. Не давая времени на сомнения и никому ненужные мысли. И мягко поцеловала. Коротко. Со всей любовью в моём сердечке.

— Отвези меня к себе, – прошептала я ему в губы. – Чтобы нам больше никто не помешал.

Он замер. На долю секунды. Смотрел на меня так, будто я сказала несусветную чушь.

— Валентина… – начал он, глядя на мою улыбку.

Следующее произошло стремительно. Его руки оказались под моими коленями и спиной. Мир качнулся, когда Светлый резко поднял меня вверх. Я рассмеялась и только обвила его шею руками. И поцеловала в лоб. Можно считать это благодарностью за спасение.

будто вот-вот слетит с петель. Светлый даже не пытался остановиться. Дать отдышаться или прийти в себя. Страсть накрыла нас с головой ещё в машине. На каждом чёртовом светофоре мы впивались в друг друга с новой силой. Пару раз чуть не попали в аварию, когда Светлый слишком увлекался и забывал притормозить. Долгожданная парковка стала для нас спасением. Роман Андреевич вылетел из машины, и одним рывков взял меня на руки, впиваясь жадным поцелуем, в котором не осталось ни рассудка, ни осторожности. Казалось, будто дорога от машины к квартире была слишком короткой паузой между вдохами.