Книга Твои условия, страница 202 – Лина Мур

— Раз… два, — собрав все силы, перебиваю Раэлию.

Нет, не говори этого. Нет. Ты подпишешь себе смертный приговор.

— Забудь о сне, — тяну я, разрывая всё своим тяжёлым дыханием. Каждое слово — это боль.

— Три-четыре… заметь меня… в квартире, — издаю хрип.

— Пять-шесть… в доме точно кто-то есть. Семь-восемь… чувствуй ужас этой ночью. Девять… десять… Грег заберётся к тебе… ночью…

— Открой глаза, иначе я сожру тебя, — подхватывает Грег.

— Раз… два… я люблю тебя, — немного приоткрываю глаза, с шумом втягивая в себя воздух. — Три… четыре… мне так холодно в квартире…

— Пять-шесть, я чувствую тебя здесь.

— Семь-восемь, забери меня из-под его носа.

— Девять-десять, ты мой, если кто-то спросит.

Сглатываю и шевелю пальцами. Я вижу мутно, но дверь в мою клетку открывается.

— Раз… два, — ещё немного шевелю пальцами и пытаюсь сдвинуть руку, — они заберут тебя.

— Три-четыре, прячься в квартире, — Грег опускается на колени передо мной.

— Пять… шесть… мне так больно одному здесь.

— Семь-восемь, — он обхватывает мою руку и сжимает мои холодные пальца, — дыши, как они просят.

— Девять-десять, скоро наступит мрак. Лучше? — спрашиваю и обвожу языком свои сухие губы.

— Да, любовь моя, мне лучше. Давай ещё раз.

— Раз… два… ты там и здесь.

— Три-четыре, тихо раздвинь ноги шире.

— Пять-шесть, отдам всё, что у меня есть.

— Семь-восемь, поцелую, когда попросишь.

— Девять-десять, я скоро увижу тебя. Я… мне больно… мне очень… больно… Грег, — с хрипом признаюсь я.

— Ты в порядке, — он проводит ладонью по моей щеке.

— Я… не хочу… умирать. Я… — мои глаза закатываются, и вздохи теперь делать сложнее. Из горла вырываются лишь сиплые хрипы. Мне хочется заорать от этой боли, а я не могу.

— Михаил? Михаил! — Меня бьют по щекам, но я не могу ответить. Моё тело словно по щелчку полностью расслабляется, и это безумное облегчение, в которое я ныряю.

— Михаил?

Сквозь шум в ушах я цепляюсь за знакомый голос.

— Михаил, ты слышишь меня?

— Павел, — одними губами говорю я и приоткрываю глаза. Я не знаю, где нахожусь. Это небольшая комната. Я вижу только тёмный потолок, но точно не тот, что был раньше. Здесь деревянный потолок с балками.

— Попей, — он прикладывает к моим губам бокал с водой, и я делаю глоток, затем ещё один, но потом поджимаю губы и мотаю головой, чтобы вырваться из его хватки.

— Какого чёрта? Тебе нужна вода, ты…

— Предатель, — шиплю я.

Боль и одышка моментально возвращаются. Я падаю на подушку и выгибаюсь, издав стон.

— Михаил, я не…

— Ты… бросил меня, как и он. Вы оба… предали меня… убирайся. Я не хочу… тебя… видеть. Убирайся, — рычу сквозь стиснутые зубы.

Павел дёргается назад, а затем исчезает из поля моего зрения. Хлопает дверь. С усилием воли перевожу взгляд вбок и вижу систему капельницы. Моя рука безумно тяжёлая, но я немного приподнимаю её, веду по телу для поддержки и касаюсь иглы в моей вене.

— Даже не думай, Михаил, — раздаётся резкий голос Грега. Я вздрагиваю и всё же немного сильнее сжимаю пальцами иглу. — Михаил! Убери, на хрен, руку!

— Пошёл ты… я… не подчиняюсь тебе, — выдыхаю я, собираясь вырвать иглу из вены.

Но мою руку грубо отбрасывают назад. Лицо Грега появляется надо мной. Его ладонь ложится на мою шею, перекрывая и без того сложное и затруднённое дыхание.