Книга Твои условия, страница 187 – Лина Мур

Они борются. Они семья.

— А мой отец? Он тоже там?

— Да. И он уже получил до хрена обвинений в свой адрес от всех. Он бесит всех, к слову. Меня тоже. Я ненавижу его.

— Но ты же променял свою жизнь и на его тоже, — хмурюсь я.

— Ты прав, — Павел садится на полу, как и я. — Потому что ты никогда бы меня не простил, если бы я не попытался, хотя бы сделать вид, что он мне важен.

— Павел, — кладу ладонь на его светлые волосы и взъерошиваю их.

— Мне страшно, Михаил, — шепчет он, подняв на меня полные боли глаза. — Мне очень страшно.

— Эй, — придвигаюсь к нему ближе и прижимаюсь к его виску своим. — Мы справимся. Мы выиграем, Павел. Помнишь, мы с тобой говорили об этом? Сейчас это лишь период жизни, и он проходит. Завтра будет другой день и другие проблемы. А мы будем живы, чтобы увидеть их.

— Но я не хочу видеть это «завтра». Мне оно не нужно. Потому что завтра ты уже никогда меня не простишь.

Я внимательно смотрю на него.

— Павел, что происходит? Всех ведь собрали не просто так, да? У них есть цель, и что это за цель? Кто это делает? Кто завербовал тебя, и почему ты так легко сдался? — хмурюсь я.

— Не могу тебе рассказать, уж лучше завтра, — качает он головой.

— Мне нужно знать сейчас. Павел, против кого мы дерёмся? Кто наш враг? Ты его видел?

Он кивает, но не смотрит на меня. Я насильно поднимаю его голову к себе, вглядываясь в глаза.

— Павел, ты же не такой. Мы с тобой никогда не хотели причинять боль невинным людям. Лейк точно невинна. Она беременна, внутри неё невинный ребёнок. Раэлия ничего тебе не сделала, как и Доминик, как и Роко с Дроном. Они никого не трогали. Они хотели просто жить и тоже прошли очень много плохого, Павел. Они пережили насилие, похищения, избиения, изнасилования. Все они прошли через это. Каждый. Они не заслужили умереть там, Павел. Они же как мы с тобой тоже в ловушке.

— Знаю. Я знаю о них всё. Добрался до записей ваших разговоров, — тихо отвечает он. — Я видел тебя, как Мигеля. Ты был таким противным. Гадость. Сейчас ты настоящий, а тогда был просто… странным дебилом. И другие… я знаю. Но мы отвечаем за грехи наших родителей.

— Так говорил Грег. Но ты не должен отвечать за его грехи. Это его грехи, Павел, а не твои и не мои. Он заставлял нас убивать. Заставлял смотреть. Тогда у нас не было выбора, но у нас есть выбор сейчас. Мы выросли, Павел, и имеем право защищаться. Если ты не хочешь делать то, что тебе говорят, то не делай, мы справимся, — уверяю его.

Его глаза увлажняются, и по щеке скатывается слеза, которую я вытираю пальцем.

— Ты и я, как раньше. У тебя есть семья, Павел. На самом деле у тебя даже есть выбор из семей. Поверь мне, Доминик примет тебя к нам, как и мама. Только подумай, у тебя есть мама, два брата и сестра. Есть племянница. Есть друзья, Павел. Раэлия потрясающий друг. Она убьёт за своих друзей. Доминик иногда очень сварливый, но это возраст. Лейк потрясающе печёт и всегда разряжает обстановку. Роко иногда двинутый, но с ним приятно разговаривать. Дрон заботливый и добрый. Посмотри, сколько людей ждут тебя, как и я, Павел.

Он совсем расклеивается. По его щекам текут слёзы, и он, рыдает, утыкаясь мне в плечо.

— Он говорил, что ты ненавидишь меня, поэтому меня бросили в приюте.

— Это не так. Я не знал, Павел. Я же не знал. Я бы никогда тебя не отдал. Ты часть семьи.