Книга Твои условия, страница 132 – Лина Мур

— Ты права. Я не принимаю это легко, просто смирился с тем, кто я есть, и что меня снова боятся. Думаешь, мне это приятно? Нет. Но выбора у меня нет. А что до шантажа, то они выстрелят всего один раз, и только. Они следуют поведению и привычкам Грега. А тот не особо кого-то пугал, он просто делал. Грег наблюдал, выжидал и нападал, когда хотел чего-то добиться. Он играл только с Домиником, потому что мстил ему. А когда Грег мстит, то растягивает удовольствие. Он любит ощущать страх своих жертв, — Михаил делает паузу и глубоко вздыхает. — Раэлия, это такой период, и он пройдёт. Период познания себя. Мне нужно в короткие сроки смириться с прошлым и идти дальше. Это сложно. Это меня выматывает и злит. Я не хочу срываться на тебе. Не хочу ломать тебя, когда ломаюсь сам.

— Но разве не ты говорил мне о том, что отношения — это партнёрство? Ты хотел знать все мои секреты, и то, о чём я думаю. Я делаю это и делала раньше в меру своих возможностей. Но ты перестал это делать. Хотя ты всегда просто слушал. И если ты ломаешься, то я могу помочь выдержать тебе. Я хочу этого, Михаил. Тебе не нужно уходить далеко, чтобы справиться со всем. Мы могли бы сделать это вместе. Я буду не против. Просто подумай об этом, — тянусь к панели и включаю радио.

Наверное, просто не хочу слышать, как он скажет мне, что я ему не нужна. Ему и так хорошо именно в таких отношениях. Или что я не пойму его, или то, что он, и правда, хочет двигаться дальше, но не с Лопесами. Да, я, конечно, думала об этом. Это всё подозрительно для меня. Михаил гуляет там, где хочет. Спокойно встречается с Павлом, настаивает на возвращении своего брата по матери в семью. Знаю, что это ужасно то, что я чувствую. Но Михаил сейчас не может противостоять воспоминаниям прошлого. А в них куча дерьма. Куча Грега и его влияния на него. Не отрицаю, что Михаил разумен и уж точно настроен против идеологии Грега, а что если он пойдёт один убивать их? Что, если Михаил снова возомнит себя героем и погибнет? Или если он решит, что папа тоже был виноват, или увидит отца в плохие моменты его жизни и вынесет ему приговор? Страшно, что сейчас всё зависит от Михаила и его воспоминаний. Он может уничтожить нас. Я знаю, что может. Папа тоже так считает, поэтому держит его рядом. И в то же время это так жестоко по отношению к тому Мигелю, которого мы все знали, да и к Михаилу тоже. Михаил ничего плохого не сделал, но его опасаются, так как он был не по своей воле привязан к Грегу.

— Мы уже близко, — шепчу я, когда навигатор показывает, что нам ехать ещё минут десять. Но дело в том, что мы едем по просёлочной дороге, которой нет на карте. Мы едем по лесу, осторожно и крайне аккуратно, а потом Михаил останавливает машину.

— Дальше дороги нет. Придётся идти пешком.

— Но как-то же Грег подъезжал к дому, — хмурюсь я.

— Да, потому что он знал дорогу. Пошли, — Михаил достаёт из бардачка упаковку с патронами и кладёт в свою куртку.

Мы выходим из машины, и Михаил включает навигатор в телефоне. Но сигнал очень слабый. Нам приходится сделать скрин экрана и идти, надеясь только на навыки Михаила, ориентироваться на местности. Но хорошая новость состоит в том, что за нами никто не следит.

— Ида, правда, написала тебе сообщение? — вспомнив про это, спрашиваю я. Меня так бесит, что она снова к нему лезет. Просто бесит, что она опять появилась в нашей жизни. Нужно было её убить.