Книга Наши запреты, страница 167 – Лина Мур

Гордо вскидываю подбородок и в ужасной, мёртвой тишине выхожу из палаты, громко хлопнув дверью. Меня трясёт от выброса адреналина из-за того, что я провернула. Трясёт от осознания, что это точка между мной и Домиником. Он не простит меня, даже если всё разрешится хорошо. Он будет точить зуб на меня и никогда не сможет мне доверять. Но это того стоило. Это была приемлемая цена, если эти упрямые бараны примут правду от Доминика.

— Лейк…

— Не нужно, Лонни, я в порядке, — вскидываю руку и подхожу к своей машине, останавливая его, с этим печальным выражением лица, от сочувствия. — Я приеду за своими вещами чуть позже, ты просто вынеси их мне. Я здесь закончила. И я запрещаю кому-то следить за мной. Запрещаю, это ясно?

— Но…

— Никаких «но». Всё. Хватит. Моё время вышло, и я ухожу. Я возвращаюсь в свою жизнь, потому что это не моё болото. Мне оно больше не нравится.

Забираюсь в машину и выезжаю с парковки. Да, это больно. Да, я всё же надеялась на другой исход. Но пора признать, что иначе дело не сдвинулось бы с мёртвой точки. И лучший вариант сейчас для меня это пройтись по магазинам. Мне нужен шопинг, чтобы почувствовать себя лучше, а затем что-то испечь, чтобы вернуть себя себе.

Гуляя по магазинам домашних принадлежностей, я рассматриваю разные формы для выпечки, новинки кофемашин и другую утварь. Перехожу из магазина в магазин, пока не нахожу прекрасную рождественскую форму для кекса, а затем миленькие формочки для печенья в виде животных. Только вот новая упаковка лежит слишком высоко. Я привстаю на цыпочки, чтобы дотянуться, но не удаётся. Рядом со мной падает тень, мужчина берёт коробку и опускает её для меня.

— Ох, спасибо, — улыбаюсь я, забирая коробку, и вскидываю голову.

Всё внутри меня леденеет, когда я смотрю в знакомые карие глаза.

— Я знал, что ты скучала по мне, любовь моя. Ты ждала меня, правда?

— Рубен, — выдыхаю я.

Он широко улыбается мне, словно не психопат и не маньяк, а обычный мужчина, который искал меня всю свою жизнь.

Глава 21

Доминик

Никто не любит, когда его вынуждают что-то делать. Никто не приемлет, когда кто-то берёт и вываливает всё твоё дерьмо на людях. Я тоже человек, и то, что сделала Лейк, для меня неприемлемо. Она подставила меня, поставила перед фактом и вынудила сказать то, что я сказал. И я имею право на грёбаную злость.

Я ужасно зол на самом деле. Безумно. Роко и Раэлия смотрят на меня с миллионом вопросов в глазах, и я, блять, должен снова разрушить жизнь своих детей. Да это всё уже ни черта не значит!

— Кажется, ты крупно облажался, — усмехается Раэлия.

Бросаю на неё злой взгляд и направляюсь к двери.

— Тебе пиздец, пап.

— Иди на хуй, Роко, — фыркнув, выхожу из палаты и слышу за спиной смех сына и сестры.

— С радостью!

— Ему это и нравится, идиот!

Дебилы.

Быстро иду по коридору, сбегаю по лестнице, как раз в том самом состоянии, когда есть возможность орать, ругаться и устроить грёбаный ад. Я просто в ярости из-за того, что сделала Лейк. Она не имела ни одного грёбаного права так поступать со мной! Она, блять, подставила меня под колёса!

— Где? — рычу я, хватая Лонни за грудки. — Где она?

— Успокойся, — Лонни кладёт свои руки на мои.

— Куда она уехала?! Живо говори, иначе я тебя, на хрен, разорву! Где она?

Лонни поджимает губы и качает головой. Я замахиваюсь, но он блокирует удар и отталкивает меня от себя.