Книга Твои решения, страница 4 – Лина Мур

Мне с трудом удаётся оторваться от двери и подойти к раковине. Мне абсолютно не нравится моё отражение сейчас. Под глазами пролегли тёмные тени, волосы в беспорядке и отросли, а также я зарос щетиной. Хотя последнее мне нравится. Кажется, что я выгляжу старше, и это, по крайней мере, скрывает мои уныло опущенные уголки губ.

Плеснув себе в лицо воды, я принюхиваюсь к своему плечу и кривлюсь. Господи, как я хочу помыться. Никогда не хотел так сильно помыться в своей жизни, но могу довольствоваться только влажными полотенцами.

Выхожу из уборной, а в моей палате гробовое молчание. Если бы я не слышал разговора своей семьи, то определённо уже догадался бы, что они говорили обо мне. Но я предпочитаю не развивать эту тему, а лечь на койку, закрыть глаза и попытаться уснуть, что мне легко удаётся.

Смотрю на тёмную ночь за окном. Первая ночь без моей семьи. Прошло уже восемь дней после операции, и они, наконец-то, поняли, что держать мой член, пока я писаю, нет необходимости. И мне хочется урвать каждую минуту этой тишины и, по крайней мере, обрести свободу мыслей.

Только не это.

Хмурясь, перевожу взгляд на дверь, расслышав приглушённый и предупреждающий голос медсестры о том, что я, вероятно, сплю. Но дверь всё же открывается, и внутри меня сразу же всё расслабляется. Тихо прикрыв за собой дверь, посетитель едва слышно подходит к моей койке и ставит корзину фруктов, вероятно, на тумбочку. Моя палата уже напоминает фруктовый рынок, как и цветочный, как и хлебобулочный. Последнее я бы с радостью съел, но мне нельзя есть подобные продукты минимум месяц.

— Блять, я думал, ты спишь. Ты меня напугал, — фыркнув, Роко подходит ближе ко мне и щёлкает на кнопку выключателя, расположенную на стене. Палата озаряется приглушённым светом.

— Привет, Мигель, — произносит он, и теперь я вижу его широкую улыбку.

— Привет, Роко. Ты один? — спрашиваю его и всё ещё надеюсь.

— Да, — улыбка Роко становится наигранной. — Я ждал, когда все твои родственники свалят. Они, кажется, поселились здесь.

— Они очень переживали.

— Мы тоже. Я рад, что ты уже идёшь на поправку.

Роко садится на край моей койки и глубоко вздыхает.

— Говори, — требую я. — Я смогу это выдержать. Скажи мне, где она.

— Рэй в психиатрической клинике, — Роко отводит взгляд. — Добровольно поехала. Не знаю… даже не знаю, с чего начать. С извинений? С сожалений? С крика? Я не знаю, что сейчас чувствую. Кажется, я до сих пор в шоке от того, что случилось. Всё повторяется, как будто этих лет и не было. Только последствия хуже.

Поджимаю губы, осознав, что Раэлия выбрала путь самобичевания. Мне не нравится это. Я не поддерживаю её в этом решении. Я против. Но разве она когда-нибудь меня слушала?

— Я пытался, Мигель. Клянусь тебе, я пытался с ней поговорить, как ты и советовал. Я пытался. Но она… свихнулась. Она начала угрожать Дрону. Она была реально готова его убить, понимаешь? И я… сорвался. Наговорил ей гадостей. Это моя вина, я должен был сдержаться. Должен был найти другой подход, но я увидел такое безумие в её глазах, когда она говорила, что убьёт Дрона. Я… прости меня, Мигель.

— Ты человек, Роко, мне не в чем тебя винить. В этой ситуации не стоит искать виноватых, потому что это лишь усугубит положение дел. Я видел трупы возле машины, когда твой человек меня перехватил и попросил пройти с ним. Мне следовало найти Раэлию, показать ей, что я жив. Но я… я коснулся её. Мне было так больно видеть, как её кошмар снова проявился наяву. Я надеялся на то, что она поймёт, что это я. Но… потом… была просто боль и страх, что её поймают. Я ничего не сказал полиции.