Книга Золушка для идеального босса, страница 91 – Анна Лапина

Но здесь она ошибается!

Не быть ей тещей.

Теща — мать жены, а моя мама умерла…

Вскоре Севу сменил Альберт. И если Соболев хоть делал вид, что работает, издеваясь, то Альберт себе ни в чем не отказывал. Издевался, глазки девочкам строил, но от меня ни на минуту не отходил. И мне работать мешал, то и дело отвлекая разговорами.

Но буду честна: его присутствие успокаивало и даже веселило. Сева никогда бы не позволил себе то, что позволяет Альберт.

— Ты не помогаешь, — шепчу Лапину возмущенно, когда мы вновь оказываемся наедине.

— Я и не должен помогать, — расплывается в широкой красивой улыбке. — Мне было сказано: защищать Золушку от трехголового дракона.

— Трехголовый дракон не из сказки Золушки, — произношу с намеком, что злодея моего мультика он спутал. — Это даже не из этой вселенной.

— Совмещение вселенных? — предлагает, пожав плечами. — Хм-м… может, и мне достанется кто. Аврора какая-нибудь? Красавица… Да…

— Как бы Фиона тебе не попалась, любитель драконов, — фыркаю, спуская его с небес на землю. — Мультивселенная же. Здесь и другие принцессы могут быть

— Коварная, — тянет он, ухмыльнувшись. — Этим ты мне и нравишься. Милая, но в моем юморе разбираешься, — делает комплимент и пододвигается ближе. — У меня есть шикарный план. Какая из сестричек бесит тебя больше всех?

— Зачем тебе это? — бросаю взгляд на мачеху и ее дочерей, которые с трудом тащат для меня коробки.

— Я превращу ее в Фиону, — заявляет он.

— Закрутишь с ней роман? — пытаюсь уловить нить его мыслей.

— Зачем? Мне нравится крутить романы с хорошими девочками, у которых вот здесь, — он касается моего лба пальцем, — есть мозг. А вот здесь, — касается моей ключицы, — сердце. У них сердца и мозга нет, иначе бы не обижали тебя.

— Тогда в чем план?

— Она станет зеленой от зависти, — поигрывает бровями, в секунду превратившись в какого-то дьяволенка, не иначе.

— Как? — спрашиваю, и он тут же перехватывает мою руку. Второй лезет в карман своего пиджака. Достает небольшую коробочку и раскрывает ее передо мной, при этом говорит такое, что я вновь начинаю сомневаться в его адекватности.

От увиденного внутри коробки мои глаза становятся просто огромными. Браслет, усыпанный прозрачными камнями, вероятнее всего, бриллиантами, и кулончик в этом же стиле.

— Я… — начинаю, хоть и не знаю, что хотела сказать.

— После вчерашней нашей встречи я не могу забыть тебя, — понизив голос и включив в себе влюбленного романтика, заговаривает Лапин. — Твои глаза, что сверкают ярче этих бриллиантов, — страстным голосом говорит он, пугая меня. — Я хочу, чтобы ты это носила, и с тобой всегда была частичка меня.

Растерянно оглядываюсь по сторонам, словно надеюсь психиатра увидеть где-то и попросить о помощи, но вместо врача вижу трех Фион, что огромными глазами смотрят на коробку с украшениями.

— Я осыплю весь твой путь бриллиантами… — продолжает петь соловьем сумасшедший, держащий меня за руку. — Скажи, ты… ты позволишь мне это сделать для тебя? Ты покорила меня в самое сердце! Я хочу от тебя ребенка! Стать ему отцом! Я сделаю все для вас!

— Альберт, — шепчу, обернувшись к нему, — что ты делаешь? — тяну сквозь зубы.

— Я так тебя люблю! — не обращает он внимания на мои попытки привести его в чувства. — Нет сил, чтобы молчать о чувствах!