Книга Лекарство для разбитых сердец, страница 61 – Даша Черничная

Идиллия, не иначе.

Вадим прекратил играть и спросил у нас:

— Как Миша?

— Жив, — ответила, снимая свою куртку. — Но, не уверена, что останется здоров — в пруду вода ледяная, — пояснила я.

— Все нормально с ним будет, не в первый раз такое, — как — то тоскливо отозвался Вадим и махнул рукой.

— За Мишу переживать не стоит, — начал Тимошка. — У него это уже как традиция — напиваться и купаться в пруду. Вадим, дай мне гитару, я хочу сыграть кое — что.

Честно говоря, я впервые слышала эту балладу, да и вообще знать не знала о талантах однокурсника, но должна признать — играет он очень даже хорошо.

Через пару минут вернулись Дима с Мишей. Вернее, Дима практически нес Мишу на себе, так как тот, по всей видимости, спал. Сразу подскочил Вадим и помог Диме.

— Думаю, стоит парня определить баиньки, — подключился Женя.

— Пошли, отведем его в домик, — сказал Вадим Диме, и они ушли доставлять спящее тело на кровать.

После суеты, которую навел Миша, звук гитары просто убаюкивал, глаза слипались. Еще несколько песен сыграл Вадим, пару Дима. Практически все были нам знакомы, поэтому подпевали все хором.

Душевный получился вечер, даже не смотря на спектакль Миши, в котором он сыграл роль водоплавающего змея. Песни под гитару действительно расслабили, я успела рассмотреть каждого.

Между Тимошкой и Ксюшей ощущалась какая — то странная, не понятная мне любовь. Они были скорее друзья, чем любовники. Все было понятно по тому, как они смотрят друг на друга. С тихим обожанием, гордостью.

Вадим очень импонировал, и не только мне. Даже парни с ним сдружились практически мгновенно, он создавал ощущение “своего в доску парня”, но с огромной душой и невероятно красивой улыбкой.

Было ясно совершенно точно, парень влюблен. В горы. В природу. В это место. Потому что с таким трепетом можно говорить только о любимой женщине. Уж не знаю, существует ли та, самая, которая заставит Вадима говорить о себе с не меньшим обожанием.

Маша явно тосковала. Практически не поддерживала беседы, но иногда подпевала.

Катя с Женей вели себя странно — перешептывались, хихикали как дурачки. Сначала Женя сидел на соседнем с подругой стуле, а потом как — то незаметно переместился за ее спину, и подруга смогла откинуться и явно расслабиться в мужских руках, расположив свою больную ногу на соседнем стуле.

Дима.

Тут должен быть вздох.

Дима смотрела на меня, я смотрела на Диму, он постоянно забирал мою руку и обнимал ее, качая как в колыбели в своих рук. Потом и вовсе придвинулся, закинул руку на спинку стула и накручивал прядь моих волос на свой палец, пока я накручивала пружину внизу живота до предела.

В конце концов, я просто расслабилась и положила голову парню на плечо, а он еще сильнее обнял меня.

— Господа, — сказал спустя примерно час Женя. — Самое время пожелать друг другу спокойной ночи, этот день должен закончиться.

Все с ним согласились и начали расходиться по номерам.

Женя понес прямо на руках Катю. Между этими двумя явно что — то происходит. Что — то слишком романтическое, потому что незаинтересованные парни так с девушкой себя не ведут. А незаинтересованные девушки при этом там не хихикают.

Мы прошли с Димой чуть дальше нашего домика, к пруду. И там, без каких-либо разговоров начали неистово целоваться. В этот самый момент нам не нужно было говорить, о чем — то. Зачем тратить такое драгоценное время на простую болтовню? Не нужно было слов, теперь и нам все было понятно.