Книга Одним Словом, страница 25 – Даша Черничная

Ой. А вдруг, они вообще убили Валеру?

Так, фантазия, стоп. Сейчас мы все и узнаем.

Уже на пороге коридора стало ясно — никакими ворами тут и не пахнет. Потому что на полу валялись женские туфли на каблуке, да не одни.

Я подняла одну туфлю, сама не знаю зачем. Наверное, чтобы обороняться в случае чего? Этой шпилькой можно заколоть насмерть.

Не разуваясь, прошла в квартиру — на полу валялась одежда, джинсы моего парня, женское белье и чулки, распитая бутылка вина и бокалы. Кому–то в этой комнате явно было хорошо, и этот, кто–то точно не я.

А на кровати лежал Валера. Валера и еще две девицы.

Голая оргия и торчащая обнаженная жопа моего парня — совсем не то, что я ожидала увидеть, выходя утром из своего дома. Какова вероятность того, что он изменяет мне в первый раз? Хорошо, что мы предохранялись презервативами, не хотелось бы мне лечить потом гонорею или хламидиоз.

— Какого хрена! — заорала я и бросила шлюшескую туфлю прямиком в зад Валеры.

— А–а–а! — заорал он в ответ, поднял голову и посмотрел на меня. — Лера! Это не то, о чем ты подумала!

— О! То есть ты с благородными девицами устроил книжный клуб, но вы так умаялись обсуждать Хемингуэя, что решили вздремнуть? Козлина! — и продолжила спокойнее. — Свои вещи заберу потом.

Решительно развернулась и убежала оттуда так быстро, как только могла.

Естественно, ни на какие пары я не пошла. Эту мерзкую картину хотелось перебить чем–то до жути приторным и сладким.

Зашла в кофейню, купила самый большой в мире латте с ванильным сиропом и огромный круассан с шоколадом и отправилась гулять.

По улицам, парку, потом по набережной. Странно, но я даже не плакала. На душе было так противно, от осознания того, как мерзко поступил Валера. Неужели я заслуживаю такого? Не нравится тебе со мной, объясни, расстанься по–человечески. Зачем же так?

В жопу его. В жопу его клубы, в жопу его шлюх.

Чуть позже пришло понимание, как легко стало моей голове. Все решилось само собой, да вот так грязно и не красиво. Зато этот узел разорван сам собой, показывая истинное лицо парня. Практически год я осознавала, как часто мне было не комфортно с ним. С каждым днем все сильнее и сильнее ощущалась безысходность от моих просьб, меня не слышали или не хотели это делать. И зачем я терпела все это?

Так, расставание с Валерой в полной мере открыло для меня одно слово — “Облегчение”.

Вернулась домой я поздно, практически в девять вечера.

— Дочка, ты где была? Почему телефон выключен? Все хорошо? — папа с мамой встревоженные, встречали меня в коридоре.

— Привет. Да, все хорошо, — разуваясь, ответила я. — У меня, наверное, телефон сел.

Посмотрела на черный экран — Валера просто посадил мне смартфон бесконечными звонками и смс. Я отключила звук, совершенно позабыв о том, что не сообщила родителям, где я.

— Приходил твой парень, — сказала мама, а я прошла на кухню и поставила чайник.

— О–о–о. Нет–нет, мама. Мой БЫВШИЙ парень ты хотела сказать? — грустно улыбнулась я.

— Что? О чем ты? — нахмурился папа.

— Я о Валере и его двух голожопых шлюхах, папочка, — наверняка не стоило так отвечать отцу, но словесный понос остановить очень сложно.

— Вот уродец! А нам заливал о том, что у вас вышло недопонимание.

— Да нет, папочка. Три голые жопы в его квартире, включая его собственную, не оставляют никаких недопониманий. Все совершенно ясно.