Книга Развод. Больше не люби меня, страница 52 – Даша Черничная

— Тимур Заурович, я бы попросила не клеветать… — начинает директриса, но Ардашев тут же выставляет вперед руку, останавливая ее:

— Давайте вы не будете делать вид, что я лгу? Уверен, вам известно обо всем. Не удивлюсь, если у Кононова еще вдобавок нашли что-нибудь в тачке, с таким-то батей!

Верчу в голове фамилию, она кажется знакомой. Вспоминаю, что не так давно был скандал, связанный с этой фамилией. Якобы на рабочем месте судью повязали со взяткой, а вдобавок нашли пакет с порошком.

Скандал быстро сошел на нет, его замяли, и судья вернулся на свое место.

Помню, как Костя тогда еще говорил, что наличие бабок и власти делает человека практически неприкосновенным.

Видимо, этот мальчик — сын того самого судьи.

— И ему, черт возьми, восемнадцать, а тебе пятнадцать! — рявкает Тимур.

— Папа, ты, блин, не понимаешь ничего! Он нормальный!

Веста обнимает себя руками, отворачивается, но я успеваю увидеть в ее глазах слезы.

Федя коршуном смотрит на Весту:

— Нормальный? — рявкает неожиданно в тон Ардашеву. — Он тебе чуть руку не вывернул, увезти хотел!

— Да ты-то куда лезешь? — Веста кричит на него, плачет уже не скрываясь. — Тебя кто-то просил помогать? Это вообще не твое дело! Ты кто вообще?!

— Веста! — тормозит ее Ардашев и поворачивается к Феде: — Что там было?

Федя сжимает зубы, видимо не зная, говорить или нет, а я думаю о том, что, скорее всего, сыну понравилась Веста и он решил так проявить себя перед девочкой.

— Я уже все сказал, — говорит нехотя. — Они стояли в коридоре, у Весты с Кононовым была перепалка, он пытался ее увезти.

— Ага! И поэтому ты налетел на него! — выкрикивает Веста. — Кирилл сейчас в больнице со сломанным носом.

Впервые вмешивается Костя, смотрит при этом на директрису:

— Я правильно понимаю, что нам стоит ждать иска от Кононова? — спрашивает ледяным тоном.

— Вам стоит быть готовыми к этому, — после вздоха отвечает она.

Тимур усмехается зло:

— В таком случае пусть ждут иска с нашей стороны. Мальчику же уже есть восемнадцать? Значит, будет нести ответственность по своему возрасту. Уж я не позволю спустить дело на тормоза.

— Ты не посмеешь! — сквозь слезы кричит Веста. — Я люблю его!

Сердце болит и за девочку с классической первой влюбленностью «не в того», или, проще сказать, в самого козлистого козла, и за сына, который поступил по совести, ну еще и потому, что он явно неравнодушен к Весте.

— Думаешь, я буду спрашивать у тебя? — железным тоном отрезает Тимур. — Тебе нет восемнадцати, а ты уже связалась не пойми с кем!

Понятно, что между Тимуром и Вестой не все просто и гладко. Скорее всего, в силу веры и характера Тимур не может быть мягкотелым, а Весте нужна поддержка и понимание.

— И вообще, ты мне соврала, когда сказала, что хочешь перейти в гимназию из-за педагогов! — продолжает злиться на нее. — Выходит, ты перешла сюда к пацану! Веста, клянусь, я увезу тебя в аул к теткам за то, что ты постоянно врешь мне. Уж они точно справятся с тобой, раз у меня не получается.

— Папочка, не надо! — Веста хватает отца за руки, а я в голосе Тимура слышу обреченность.

С мальчиками в подростковом возрасте тяжело, но кто сказал, что с девчонками проще?

Костя явно доволен картиной и тем, что, оказывается, Ардашев уязвим. Федя сникает — скорее всего, переживает, все ли сделал правильно. Веста в истерике, Тимур обессилен.