Книга Измена. Выбор предателя, страница 46 – Даша Черничная

Она видит меня насквозь, сама едва не плачет.

В дверях дома я задерживаюсь, потому что она просит минутку и уходит. А когда возвращается, вручает мне обычный, ничем не примечательный пакет. Заглядываю внутрь и открываю рот от шока.

Там все ее драгоценности.

Мама тепло обнимает меня.

— Я не знаю, что ты планируешь, но пусть они побудут у тебя, вдруг пригодятся. — шепчет и ласково гладит по волосам.

— Спасибо, мам, — отвечаю тихо.

Сажусь в машину к Максиму и размазываю слезы по щекам.

— Вы не передумали, Асият? — спрашивает он.

— Нет, — твердо отвечаю я.

Мы привычно приезжаем в парк и идем гулять.

— Как ты объяснишь Кариму мою пропажу? — спрашиваю Максима.

— Никак, — отвечает он мне в спину. — Я еду с вами.

— В смысле? — торможу и резко оборачиваюсь.

— Асият, ваш муж умный человек, он поймет, что все это вы провернули с чьей-то помощью. С кем вы больше всего проводите времени? Со мной. Меня вальнут при первой же возможности.

— Но у тебя же наверняка есть семья…

— У меня нет никого, Асият, — Максим выдавливает грустную улыбку. — А вам нужна помощь. Я хочу быть рядом. Просто позвольте. Взамен мне ничего не нужно.

— Выходит, у тебя ко мне чувства?

— Это вас ни к чему не обязывает. Но если захотите — я буду любить вас и вашего ребенка, как своего.

— Нет, — отвечаю твердо и отворачиваюсь, продолжая идти вперед. — Но, полагаю, самое время перейти на ты.

3 месяца спустя

Карим

— Хорошо сработано, — восхищается Аким.

Это новый ищейка. Как говорят, лучший. Последние три месяца я живу в собственном аду. Моя жизнь из уверенной, расписанной по минутам, превратилась в дьявольскую вереницу эмоций.

Поначалу, когда Асият только сбежала, я злился. Какого хера она не может просто поверить мне? Думал, верну ее и вымещу всю злость. Как ты посмела, девочка, бросить вызов мне! Своему мужу?!

Потом прошел месяц.

И я понял, что, во-первых, недооценил свою жену. Во-вторых, меня стал грызть страх за нее. За ту, которая обвела меня вокруг пальца. Моя жизнь потеряла краски, смысл. Все сузилось до одного единственного желания — найти мою женщину и убить ее.

Уничтожить за то, что лишила меня себя и забрала мою дочь вместе с собой.

Неважно, что я говорил и делал. Она моя жена, и она должна быть рядом со мной, независимо от того, что происходит вокруг. Даже если бы я привел в дом еще двух жен, она обязана была принять это молчаливо и безропотно, опустив голову и не задавая лишних вопросов.

— Сделано профессионально, — продолжает Аким.

— Ты тут, чтобы восхищаться тем, как моя жена сбежала, или чтобы найти ее? — спрашиваю, психуя.

Аким сидит в кресле напротив и смотрит на меня спокойно.

— Одно другому не мешает, — ведет плечом как ни в чем не бывало.

У этого мужика нет ни капли сострадания. Мне кажется, он вообще лишен чувств и нацелен только на одно: вынюхивать человека.

— Есть что по делу? — спрашиваю его и допиваю вискарь, который больше не вставляет.

Аким окидывает меня взглядом и кривит рот в улыбке:

— Херово выглядишь.

Знаю.

С тех пор, как Асият сбежала, я забил на себя. Оброс, как йети, забухал. Не могу я продолжать жить как раньше, зная, что моя женщина где-то там, далеко.

— Если тебе нечего рассказать — вали, — выплевываю, и Аким запрокидывает голову, коротко смеется.