Книга Измена. Выбор предателя, страница 19 – Даша Черничная

— Людмила, свадхистана должна быть открыта полностью, иначе ты не сможешь избавиться от вредных привычек, — монотонно говорит он и выпрямляется.

Продолжает идти сквозь ряды сидящих женщин:

— Почувствуйте освобождающий нектар драгоценных наставлений. — Что еще, нахуй, за нектар у этого Мастера? — Услышьте мой голос и идите за ним! — Никуда за тобой больше сходить не надо? — Лишь тот, в чье сердце вошли слова Учителя… — Что-что, блять, вошло? — …видит истину реальности. Ой. А вы кто?

Голос патлатого серфера ломается, и он открыв рот смотрит на меня.

— Девочки, всем спасибо. До скорых встреч.

Дамочки расходятся, а сопротивляющуюся Асю я силой выталкиваю в коридор.

— Вы кто? Что вам надо? — серфер обосрался.

— Нектар, значит? — закатываю рукава на рубашке и бью по морде этого гребаного мастера. Один раз. Второй. Третий. — Чтобы завтра же тебя тут не было. Ясно тебе?

Возвращаюсь в коридор, где Ася уже стоит с сумкой в руках и в спортивном костюме:

— Как это понимать, Карим? — психует. — Ты теперь лично ходить за мной будешь?

— Понадобится — буду! — говорю сквозь зубы.

— Я хочу, чтобы ты оставил меня в покое! — топает ногой.

— А я хочу, чтобы ты надела хиджаб! — произношу твердо, отчего у Аси открывается рот. — Сегодня же.

Ася

— На любовницу свою тоже хиджаб натянешь?

Прохожу в дом и, распсиховавшись, швыряю сумку на пол.

— Не переводи тему. И вообще — не думай о ней! — орет Карим.

Резко разворачиваюсь и кричу что есть силы:

— Не могу! Потому что от тебя воняет ею практически каждый день!

Самое страшное то, что муж и не думает отрицать того факта, что у него есть женщина на стороне. Он даже не пытается обмануть меня и сказать, что уйдет от нее. Не обещает, что в нашей жизни больше не будет других женщин. Что я единственная.

Он. Даже. Не пытается.

Я бы не поверила, да. Но он ничего и не сделал, для того чтобы хоть как-то успокоить меня.

— От меня не может вонять ею, — сопротивляется.

— Хочешь сказать, я придумываю? — усмехаюсь на грани истерики.

— Хочу сказать, чтобы ты прекратила накручивать себя и достала из шкафа хиджаб. Теперь это твой неизменный атрибут перед каждым выходом из дома.

Моя вера предполагает ношение хиджаба, да. Но никто из женщин в моем окружении не носит платка, ограничиваясь лишь закрытой одеждой. Я надевала хиджаб всего пару раз, когда ездила с отцом в другие города на приемы с участием его партнеров-мусульман.

Моя семья, да и семья Карима, — современные люди, которые достаточно спокойно относятся к тому, что женщина ходит без платка.

Важно другое. Я бы спокойно надела его и подчинилась, попроси Карим надеть платок после свадьбы или даже месяц назад. Все-таки воля мужа для меня важна. Была.

Но что происходит сейчас?

Мой муж преспокойно живет двойной жизнью, в то время как я живу тихо, ничем — ни словом, ни делом — не пороча его.

Выходит, он так и будет ездить к своей любовнице и трахать ее, а я буду ходить покрытая с ног до головы?

Я прохожу в гостиную и сажусь на диван, смотрю перед собой в пол. Обхватываю обеими руками живот, закрываясь.

Мне нельзя нервничать, это может плохо закончиться.

Муж садится на стол напротив меня и смотрит тяжело.

— Карим, — начинаю я, — у тебя другая жизнь и женщина, с которой ты спишь. Я не хочу этой грязи. Сначала ты ее… — сглатываю, — потом меня. Меня ты заставляешь покрыться, сидеть тихо и не высовываться, закрываешь в клетку, лишаешь кислорода. Она же живет свободной жизнью, получает твое тепло. Так больше не может продолжаться. Дай мне развод.