Книга Хороший брат, страница 30 – Даша Черничная

У меня возникают странные ощущения, будто я вернулся домой. Здесь все так необычно, ярко, естественно, живо. Каждая вещь будто имеет историю, которую непременно хочется услышать.

И Карасик рядом… Не могу сдержать счастливой улыбки.

— Спасибо, — говорю я.

— Располагайся и приходи на кухню. Окрошку будешь? — привычно поставив руки в бока, хозяйка дома следит за мной.

— На квасе? — живот требовательно заурчал.

— На квасе, — кивает Баба Капа.

— Буду, — отвечаю и снова улыбаюсь.

— Не задерживайся, — командует женщина и уходит.

Еще раз прохожусь по пространству, переодеваюсь в удобные шорты и футболку и выхожу в кухню, где витают умопомрачительные запахи. Бабушка Наташи суетится у плиты, а на столе стоят пирожки, кувшин с компотом, тарелка с окрошкой, Господи, я люблю эту женщину!

— Простите, а как вас зовут? А то мне не совсем удобно называть вас Бабой Капой, — заявляю ей с порога.

— Неудобно гадить в почтовый ящик, — спокойно отвечает она, а я поперхнулся от неожиданности.

Баба Капа протягивает мне стакан с компотом, который я осушаю в два глотка.

— И все же.

— Капитолина Апполинарьевна меня звать, — усмехается женщина.

М-м-м ясно.

— Значит, Баба Капа, да? — закусив губу в попытке сдержать улыбку, спрашиваю я.

Вместо ответа женщина кивает. Теперь понятно, почему просто «Капа». Попробуй выговорить «Капитолина Апполинарьевна».

— Скажите, а где ванная комната?

Бабушка Наташи молча указывает направление. Захожу в маленькую комнату и оглядываюсь: ванная и … и все. Возвращаюсь в кухню и недоумеваю:

— Прошу прощения, Баба Капа, но куда исчез туалет?

Женщина замирает и тарелкой в руках и, вздыхая, спрашивает:

— Наркоман?

— Почему же сразу наркоман? — я даже обиделся.

— Так вот он, стоит невредименький, — и махнула рукой в сторону окна.

О, нет. Серьезно? Я обратил внимание на деревянное сооружение с дыркой в виде сердечка на двери. Ну что за романтики тут живут?

— Калоши только надень, а то свои белые тапочки замараешь, — кричит мне в спину.

— Это конверсы, — машинально поправил женщину.

— Один хрен, — брякнула она, даже не повернувшись.

Через пять минут вернулся в дом, задумчиво потирая щетинистый подбородок. Этот туалет — испытание на прочность.

— Баба Капа, а как вы зимой в туалет ходите? Так же отморозить все можно, — спросил вкрадчиво, надеясь на то, что не обижу вопросом.

Бабушка хмыкнула и, сдерживая улыбку, ответила:

— Так мы терпим. До весны. Хе-хе, — и начала хохотать.

После сытного обедо-ужина женщина отправила меня в ванную. Я впервые в жизни мылся в зеленой ванне таких маленьких размеров. И появился ряд вопросов, которые я, естественно, никогда не задам.

Неведомая сила тянула к соседнему дому, поэтому я решил отправиться к Карасику. Не закончили мы, да и дверь проверить надо, мало ли. На всякий случай.

Стоя на пороге, скептически осмотрел белые кеды, решил не заморачиваться и обулся в уже знакомые калоши. А что? Аскетично. И удобно. Вышел на улицу, обогнул дом, и, так и не найдя хозяйку, направился на соседний участок.

— Спасибо, Петь, что помог с вещами, — устало улыбнувшись, поблагодарила друга.

— Да брось, Натах. Мне не сложно. Ты, это, зови, если что надо будет — дырку сделать или подвигать там, — указал подбородком на дом за моей спиной, засунул руку в карман и достал оттуда жменю семечек.