Книга Хеллоу, Альбион!, страница 33 – Алексей Хренов

— Вы, — не сомневаясь, изрёк он, ткнув в Лёху пальцем. — Помогите донести коробки до машины.

Коробки оказались вполне себе тяжёлыми. Внутри что-то глухо перекатывалось. Лёха без особого старания перетаскал их к машине и кое-как попихал в кузов.

Подполковник посмотрел на него внимательнее, как человек, которому в голову только что пришла гениальная идея.

— А вы крепкий парень… Как вас?

— Кокс, сэр.

— Отлично, Кокс. Садитесь. Поможете ещё на месте.

Через три четверти часа машина остановилась у казармы пехотного полка гренадёров. Лёха, не подозревая ничего дурного, выгрузил коробки, прошёл вслед за подполковником по коридору и оказался в раздевалке.

И тут начались странности.

— Вот он! — радостно заявил подлый винг-коммандер-подполковник и указал на Лёху.

Лёху мгновенно окружили несколько человек.

— Отлично, парень, быстро переодеваемся!

— В смысле? — попытался уточнить Лёха, активно отталкивая грубых и несимпатичных людей, пытающихся стянуть с него форменные штаны.

— Эй, эй… — попытался возразить он. — Я вообще-то дежурный по штабу!

— Именно! Надо защитить честь части, — строго сказал подполковник. — Петерсон, обычно выступающий за нас в этом весе, сломал ногу на тренировке, так что мы верим в вас.

— Я боксировать не умею! — попробовал отмазаться Лёха.

— Ничего, — бодро сказал один из крутившихся вокруг военных. — Главное — держись подольше, ребята против тебя делают хорошие ставки.

— Кокс! — радостно завопил появившийся Пит. — Быстро кидай свои шмотки и бегом на ринг!

Ему сунули шорты, майку и высокие кожаные боксёрки, быстро перемотали кисти бинтами, натянули тяжёлые перчатки — и, прежде чем он успел толком возмутиться, начали подталкивать к выходу.

Ещё через минуту его буквально вытолкнули в ярко освещённый зал и пропихнули между канатами.

В другом углу радостно подпрыгивал его противник.

Небольшая, коренастая горилла с квадратными плечами и выражением лица, которое обычно бывает у людей, давно и всерьёз посвятивших свою жизнь разбиванию чужих физиономий. Она смотрела на Лёху с тем вниманием, с каким мясник рассматривает особенно удачный кусок.

Прозвучал гонг.

Злобный гоблин сразу пошёл вперёд — уверенно и деловито, как человек, который этим занимается давно и обычно заканчивает разговор довольно быстро. Перчатки у него застучали жёстко, чётко и без суеты.

Лёха поднял руки и закрылся. Это получилось само собой. Подбородок спрятан, плечи вперёд, локти к рёбрам — старые армейские привычки включились раньше головы. В боксе он ничего не понимал, но одно правило усвоил мгновенно: голову лучше не подставлять.

Горилла работала уверенно и технично, однако Лёха двигался быстрее, чем тот ожидал. Он успевал принимать удары перчатками, от одного ушёл нырком, от другого отклонился корпусом. Правда, длинная лапа всё-таки нашла дорогу и ткнула ему в губы. Во рту сразу появился знакомый металлический вкус крови.

— Держись! Хорошие ставки против тебя до третьего раунда, — донеслось из-за канатов.

Лёха держался. Он прыгал, закрывался, уворачивался и всячески мешал горилле заниматься её любимым ремеслом.

Но ни в армии, ни китайский ушу-мастер, правда, так и не объяснили, что именно следует делать, если на тебя спокойно и методично наступает злобный гоблин.

Но первый раунд закончился тем, что Лёха всё ещё стоял на ногах — а это, по его мнению, уже выглядело вполне достойным результатом.