Книга Утесы, страница 131 – Джули Кортни Салливан

— А что делают племена, когда им возвращают эти вещи? – спросила Женевьева.

В книге Колуэлл описывал церемонию в хранилище Национального музея естественной истории. Старейшины племени разложили на столе кости и черепа восемнадцати родоначальников и несколько часов били в барабаны, пели, разговаривали и жгли траву в качестве подношения предкам, застрявшим между миров.

Один череп принадлежал маленькой девочке. Перед захоронением останков старая индианка бережно взяла череп в руки, поцеловала и опустила в гроб.

Вернувшись домой в Оклахому, индейцы провели традиционный похоронный обряд. Члены племени несли восемнадцать сосновых гробов. Старейшины подготовили их к погребению. Это была печальная обязанность, но к ней подошли со всей ответственностью и почтением. Коренные американцы ценили важность обряда, но никто не знал, какую церемонию положено проводить для захоронения старых останков. Многие коренные американцы относились к смерти одновременно с уважением и со страхом. Кто-то верил, что даже если человек просто услышал о телах, которые выкопали, потревожили и выставили на всеобщее обозрение, он и его родственники могли заболеть и навлечь на себя проклятие.

И все же племена взяли на себя эту задачу. Они считали, что предки сами помогут провести церемонию.

Место захоронения выбрали, только получив одобрение мира духов. Могилы вырыли руками, без использования инструментов; все присутствующие на похоронах сделали подношение или произнесли молитву. Предков упросили принять останки в утробу матери-земли и завершить круг жизни.

— Прекрасно. Но так грустно, – всхлипнула Женевьева. – Даже представить не могу.

Она шмыгнула носом, достала салфетку из сумочки и высморкалась.

— Смотрю, ты так и не научилась искусству светской беседы, – подмигнула Эллисон, глядя на Джейн.

Примерно через час пути к югу от Бар-Харбора они проехали мимо пикапа, позади которого развевался огромный флаг Конфедерации.

Джейн задумалась, что этим хотел сказать придурок за рулем.

— Как думаете, почему на этой регрессии в прошлые жизни все непременно видят себя членами королевской семьи или героями, сражавшимся с нацистами? Представьте, что кто-то прошел регрессию и выяснил, что он, оказывается, один из миллионов ничем не примечательных людей, с кем в холокост ничего не случилось. Он спокойно продолжал заниматься своими делами. Ведь, по статистике, герои и злодеи должны составлять мизерный процент от остального человечества. Большинство – просто обычные люди.

— Может, обычные люди не перерождаются, потому что они слишком скучные? – предположила Эллисон.

Женевьеве позвонил муж и обеспокоенно поинтересовался, заказаны ли ребрышки и стейки для завтрашнего барбекю. Та ответила, что заказала их еще несколько недель назад.

— Много будет гостей? – спросила Эллисон, когда она повесила трубку.

— Нет, он просто любит, чтобы все было по плану, – ответила Женевьева.

Джейн крепче вцепилась в руль, чтобы не сболтнуть лишнего.

Они проехали ферму и зеленые холмы, где паслись лошадки и коровы. Рядом с фермерским домом высился большой красный амбар, гораздо более впечатляющий, чем сам дом. У обочины стояла пристройка из серых камней. В нижнем углу из маленьких белых камушков была выложена дата постройки: 1902.