Книга Бездна и росток, страница 160 – Dee Wild

Сердце сжалось. Никому не верь. Ни к кому не прикипай. Ударили по щеке – оторви голову… Нет, о таком с ней говорить нельзя. Эти правила были ядом, они помогали выжить, но выедали душу изнутри. А что касается слов… Каждое слово, брошенное сейчас этому ребёнку – как семя, упавшее в выжженную землю. Оно или не взойдёт никогда, или прорастёт ядовитым, кривым ростком, который определит, кем она станет. Страшная власть. И страшная ответственность.

В горле пересохло, а я сжала руль так, что пальцы заболели. Нужно было сказать что-то. Не тащить сюда, в салон машины яд старого мира, а сказать что-то новое. Хрупкое.

— Я думаю, нам пора завести собственные правила, — сказала я.

— Какие? — В голосе звучало такое доверие, что становилось страшно.

— Например… если нашёл того, кто не бросил тебя в беде, держись за него изо всех сил.

— Мне повезло, что ты пришла, — сказала Алиса, и в её словах была не просто благодарность, а мольба – оставаться рядом.

— И мне повезло, что ты открыла дверь. — Я на мгновение отвела взгляд от дороги, чтобы встретить её глаза. — Одна я бы, наверное, уже сошла с ума. Или просто сдалась.

— А теперь не сдашься?

— Теперь нет. Теперь у меня есть ради кого вставать, — сказала я и перевела тему: — А всё-таки ловко мы с тобой удрали, да?

— Ты хорошо владеешь пистолетом, — констатировала девочка, а потом помолчала, задумавшись. — Папа всегда говорил, что плохой стрелок палит без толку, а хороший… хороший даже не достаёт оружие, пока не придёт время. Ты достала его, когда пришло время… Ты просто показала, и они испугались.

— Пистолеты всегда были моим коньком, — призналась я. — Наверное, из-за их лёгкости и удобства.

— Но арбалет лучше, — возразила Алиса задумчиво. — Хотя, к нему ещё нужно привыкнуть.

Затем она выудила из рюкзака на свет рубиновый компакт-кристалл и вставила его в приборную панель.

— А это ещё что? — поинтересовалась я.

— Это папина музыка, — ответила девочка. — Тут ещё сказки, аудиокниги. Много всего, чтобы было нескучно в дороге. Мы всегда что-нибудь слушаем, когда куда-то ездим.

Несколько секунд тишины сменились гитарным напевом. Откуда-то издалека он неторопливо лился вместе с мягкими, деликатными ударными. Вкрадчивый и мелодичный мужской голос запел:

Кровь городов в сердце дождя,

Песни звёзд у земли на устах,

Радость и грусть, смех и печаль –

Всё в наших руках…

Эта мелодия родилась в другом мире, в другую эпоху. У тех людей были другие заботы, они гнались за каким-то своим, неведомым нам счастьем. Бессмертная песня путешествовала по носителям информации, кочевала по мирам и по аудиосистемам, и наконец добралась сюда, вплыла в салон машины, движущейся через пустоши.

… Визг тормозов, музыка крыш,

Выбор смерти на свой риск и страх,

Битва за жизнь или жизнь ради битв –

Всё в наших руках…

— Очень жаль, что колокольчики забыли, — с горечью сказала Алиса.

— Жаль, — согласилась я, вспомнив деликатный перезвон из печной трубы. — Но зато нам с тобой теперь есть с кем пообщаться. Мы не одиноки.

Она молчала. Я аккуратно, неспешно вела машину, периодически бросая на Алису взгляд, и видела, как её пальцы всё крепче впиваются в медвежью шкурку, а сама она уходит в свой собственный, недосягаемый мрак.

… Что проросло – то привилось,

Звёзды слов или крест на словах,