Книга Вечерний час, страница 36 – Людмила Семенова

— Там, — как-то неопределенно ответил парень, указав подбородком в сторону одной из ширм.

— А в чем дело? Она в сознании?

Хиллар собирался что-то ответить, но тут Чабела быстро вышла из-за перегородки и забрала у Амади одного из детей. Она встала перед Пашей и он с изумлением увидел, что ее выпуклые черные глаза блеснули гневом, губы подрагивали, а лицо походило на экспрессивную ритуальную маску. Всклокоченные черные волосы, выбившиеся из-под платка, дополняли этот образ. Женщина заговорила на амхарском, но Паша ее понимал, за исключением отдельных слов.

— Это ты во всем виноват! — произнесла она вполголоса. — Ты принес в наш дом невзгоды, когда начал учить наших детей, прививать им чужие порядки! Из-за тебя у нас в семье начались распри, мы много лет жили в мире и согласии, а ты за один месяц настроил против меня мужа и детей. Я всего лишь хотела вырастить свою дочь добродетельной девушкой, но тебе же этого не понять! Ваши женщины сызмальства не дорожат собой, растрачивают и тело, и душу, а ваши мужчины настолько слабы, что мирятся с этим и берут порченых в жены и матери своих детей! И теперь боги на нас разгневались, за отступничество, за то, что наши дети идут на поводу у соблазнов, и послали это бедствие...

— Ах это боги послали на вас лесной пожар? А не дикари, которые много лет плюют на общественную безопасность, а вы настолько тупы и ленивы, что не хотите ничего с этим сделать? — жестко сказал Паша, чувствуя, как предательски дрожат руки. — Но к вашим детям это не относится: вот они вырастут умными и толковыми людьми, за ними, хвала небесам, будущее в Африке, а не за вами и тем бредом, который вы пытаетесь им толкать!

— Да как ты смеешь? — крикнула Чабела. — Ты пользуешься тем, что дети еще не знают жизни, и соблазняешь их вашими благами, а ценятся у вас только деньги и разврат! Конечно, они тебе поверят, потому что еще глупые, и им легче верить, что счастье дается легко и приятно, а не путем труда и испытаний!

— И где же ваш труд, если вы до сих пор живете в трущобах, моетесь из бочки и умираете от инфекций, которые в моей стране давно прививаются и лечатся? А ваши испытания... Это вам как раз легко и приятно терпеть проблемы, а не решать их, даже если они грозят вашим детям болезнью и гибелью.

Паша осторожно взглянул в сторону детей Чабелы, боясь встретить осуждение. Но Амади смотрела в пол и по ее лицу ползли слезы, а Хиллар безмолвно коснулся его локтя.

— Оставь парня в покое, Чабела, он дело говорит, — вмешался Мехар. — Надо уже дать детям пожить нормально! Мы сейчас только время теряем, а надо собираться и уезжать, пока этот чертов пожар не разгорелся.

— Я никуда не поеду из своего дома, — заявила жена. — Почему мы должны верить россказням этого белого мальчишки? Что он знает о нашей земле? Он поди ни одного пожара и в глаза-то не видел, а берется указывать взрослым людям, которые еще приняли его со всей душой!

— Еще как поедешь! — повысил голос Мехар. — Сама-то ты что знаешь? Дальше своего города почти нигде и не была, а берешься рассуждать! Он хороший парень, дети его любят, и он пытается помочь. А больше никому до нас нет дела. Так что собирай детей в дорогу, я сказал!

Чабела в гневе прокричала что-то совсем неразборчивое для Паши, и тут муж с силой сжал ее запястье. Она стихла и с поникшей головой ушла за ширму. Тем временем Амади поднялась с пола и стала собирать детские вещи.