Книга Жаворонок Теклы, страница 20 – Людмила Семенова

Айвар кивнул, и девушка продолжила:

— Так вот, у них есть одно общее клише — одинокая, неудачливая в любви и, что важно, красивая девушка встречается с более опытным мужиком, у которого в жизни было много секса, но не было «истинных чуйств». Они обычно сразу жутко не нравятся друг другу, и я уже знаю, что чем больше между ними подколов в самом начале, тем жарче будет, извини, перепих, который состоится максимум на второй день после знакомства. Причем начнется с полного сноса крыши за пару секунд, а закончится непременно обоюдным оргазмом, и никак иначе!..

— Ну допустим, и что тут такого? Ты же понимаешь, что к жизни это отношения не имеет, так пишут для упрощения и остроты, чтобы книгу купили. Это рассчитано не на таких, как ты, думающих людей, а на тех, кто критическим мышлением в принципе не пользуется. Да, они пытаются лепить конфету из дерьма, но ничего нового я в этом не вижу. Что тебя вдруг так взволновало?

— Меня не деградация литературы вообще волнует, а именно вот этот момент. Давно хочется спросить этих авторов: почему они не пишут о заурядных, невзрачных девушках? Почему у них любовь начинается с койки? Почему тогда в жизни все, кто спьяну кувыркается в туалете ночного клуба, наутро не признаются в вечной любви, а в лучшем случае спрашивают кого как зовут? Почему вообще у них такое значение придается этому процессу, якобы только в постели можно понять, что это твой человек…

— Наверное, потому, что когда люди любят друг друга, то они этим занимаются, — сказал Айвар, подумав, что это, пожалуй, самый странный разговор из всех, какие с ним заводили туристки. — Хотя я могу лишь предполагать, потому что о первом пункте ничего не знаю.

— То есть, ты ни разу еще не влюблялся? — вдруг спросила Нерина.

Этот вопрос по-настоящему ошарашил молодого человека, несмотря на его богатый опыт наблюдений в баре. Он даже отбросил назад свою хулиганскую челку, обычно закрывающую лоб почти до глаз, словно желая получше разглядеть девушку.

— Нери, а почему ты спрашиваешь? Нет, скрывать мне нечего: близких отношений по любви я действительно пока не имел. Конечно, были девушки, которые мне очень нравились, но это не приводило ни к чему хорошему. Одну я встретил еще в России — это была дочь наших друзей из Эфиопии, и после того, как меня увезли, мы навсегда друг друга потеряли. А другая жила по соседству в деревне, вот там все было почти серьезно…

— А с ней ты был близок? — робко сказала Нерина, отводя глаза.

— И да, и нет, — сдержанно ответил Айвар. — Ты уверена, что хочешь знать подробности?

— Наверное, да: может быть, таким образом я пойму что-то очень важное.

— Нери, это невозможно понять, не живя здесь, — усмехнулся юноша. — Я могу только рассказать, но это никак не вписывается в рамки твоего чтива. Так вот, номинально мы не были близки: я знал, что ее нельзя трогать, — ей предстояло выходить замуж за парня, которого давно уже подобрали родители. К тому же, я сам еще тогда был… ну, ты поняла. Но она этого парня не знала, замуж не хотела, с семьей у нее были плохие отношения, как и у меня с опекунами. Так мы подружились, а потом нас стало друг к другу тянуть. И я кое-что сделал. Ну, проще говоря, я ласкал ее руками, поначалу чтобы снять боль в женские дни, а потом ей это, конечно, понравилось… И в конце концов старшие узнали об этом.