Книга Жаворонок Теклы, страница 128 – Людмила Семенова

— Дай бог, чтобы так, только пусть он увидит хорошее, — искренне ответил мужчина. — А не так, как я. Конечно, это ему не грозит, он же русский мальчик, но все-таки… Ты береги и себя, Оленька, и близких, вы все ему очень нужны, и не только сейчас, пока он маленький. Любовь к семье во всяком возрасте делает тебя беззащитным.

— Забавно, что характером он, к моей радости, похож на тебя, а не на Даньку: такой же молчаливый, спокойный, любит рассматривать книги, картинки, сам уже немножко рисует, ходит со мной на выставки. И ничего не спрашивает даже, а изучает, обдумывает… А еще он очень добрый, всегда чувствует, если кому-нибудь из старших грустно. Тогда Павлик подходит, смотрит и улыбается, так, что сразу теплеет на душе. Кстати…

Она немного помедлила и добавила:

— Ты не хочешь спросить, как дела у Нерины?

— Нет, Оля, не хочу, — невозмутимо отозвался Айвар. — Но я вижу, что ты хочешь сказать, так что выкладывай, я слушаю.

— Да собственно, я мало что знаю, — замялась она. — С тех пор как ее все-таки выдали за этого мажора, нити между нами оборвались. Догадываюсь только, что живется ей не слишком весело.

— Это тот самый Костя, да?

— Ну да. Вскоре после того, как ты уехал, дядя Андрей его снова к ней приставил, как ангела-хранителя, и так все и закрутилось, ясно было, что отцы уже по рукам ударили. Я там свидетельницей была, не от большого желания, но просто знала, что больше у нее никого нет на эту роль. Какие были понты, словами не передать, — лимузины, ресторан в Петергофе на двести гостей, какой-то немыслимый черный торт с позолотой, фонтаны шампанского, корейские обряды…

— По-видимому, ее это устроило, — пожал плечами Айвар. Он знал, что Оля словоохотлива, и любил поговорить с ней о чем угодно, но давно зарекся оценивать чужие половые и семейные дрязги и не намеревался никому и никогда озвучивать мыслей насчет своей бывшей невесты и ее мужа. И даже никому не рассказал, что они все-таки столкнулись с Костей на этом проклятом фестивале — впрочем, находка так его шокировала, что он сам не сразу про это вспомнил и вовсе не был уверен, что одно связано с другим. Они виделись не более пяти минут, на улице, куда Айвар вышел покурить, а Костя был вместе со своими приятелями. Но друг друга они заметили издалека, и Костя, подойдя к нему, сказал что-то очень странное, хоть и не агрессивное. Тем не менее Айвар помнил его непроницаемое бледное лицо, разметавшиеся по плечам волосы, черную кожаную куртку с заклепками и цепями, и чувствовал, что от этого парня просто веяло студеной, промозглой опасностью. Так бывает в позднюю питерскую осень, когда еще нет ни приятного снежного хруста, ни сверкающей изморози, и только пронизывающий ледяной ветер говорит о приближающихся затяжных сумерках.

— Ну не знаю, насколько ее это устроило. Вообще мы после свадьбы мало пересекались, на нейтральной территории, а потом и то заглохло. В доме ее мужа я ни разу и не была. Я подозреваю, что он ее и отговорил со мной и Митькой общаться. Он и раньше, когда мы еще иногда тусовались вместе, на нас как-то настороженно поглядывал, будто боялся, что мы ее чему-то нехорошему научим.

— Ну и бог с ним, Оля, у каждого свои тараканы. Ты сама вряд ли горишь желанием с ним встречаться, так какая разница, что он о вас думает?