Книга Жаворонок Теклы, страница 120 – Людмила Семенова

— И что же она решила? — спросил Айвар. Его изрядно удручила вся эта история, которую Оля предпочла от него скрыть, хотя они регулярно переписывались.

— Представь себе, родила. В отцы меня не стала записывать, но фотографию все же выслала, славный мальчишка, — ответил Даниэль, закуривая.

— И ты об этом так спокойно говоришь?

— А что мне, головой об стену биться, если она решила, что потянет этого ребенка? Я же не бросил ее без крыши над головой, без копейки денег и родных людей. Даже наоборот — это мне за бугром первое время несладко пришлось, хоть, конечно, не так, как тебе в Африке. Там все равно не было места для ребенка, да и для такой, как она, с ее творческой натурой и девизом «я же девочка».

— Да, я помню, что Оля так говорила, — улыбнулся Айвар. — Но по-моему, в этом не было ничего плохого, не всем же девушкам быть такими, как моя Налия.

— Это хорошо, когда живешь на всем готовом, а чтобы кардинально все поменять… Да Оля и не хотела уезжать, а что я в таком случае мог сделать? Значит, ничего серьезного она ко мне и не испытывала, можешь быть спокоен. Она просто решила, что время поджимает, надо бы и замуж сбегать. Только не рассчитала, что я для этого не стану ломать свои планы.

— Да я-то спокоен, Данэ, но это же твой сын, неужели у тебя при такой мысли нет никаких эмоций? Да и Оля… Ты-то к ней всерьез относился или так, серединка на половинку?

— Ну… как сказать, было и всерьез. Поначалу я к ней просто присматривался, благо выбор у меня всегда имелся. А вот когда тебя уже в Питере не было, Оля заболела и я на этой почве как-то к ней привязался. Знаешь, увидел ее такую бледную и слабенькую, и вдруг захотелось позаботиться, помочь. А потом мне показалось, что она в состоянии справляться сама. Со мной это редко бывает, ты сам знаешь, что я всегда любил с девушками общаться легко и необременительно.

— Вот только ее ты как раз и обременил, причем в буквальном смысле. Я тоже любил общаться легко, но потому и предохранялся всю жизнь, даже в баре, а ты себя с такой хорошей девчонкой не стал утруждать.

— Ну ты не сравнивай, — сказал Даниэль серьезно. — Но с другой стороны… Ты знаешь, я тебя никогда об этом не спрашивал, но раз ты сам вспомнил, то объясни одну вещь. Неужели тебе не хотелось кого-нибудь из твоих съемщиц наградить таким вот подарком с доставкой в девять месяцев? Неужели не приятно было бы осознавать, как ему обрадуется муж или хахаль? Вот как благотворно южный климат действует на фертильность! Только с загаром дамочка, похоже, переусердствовала, вот и подарок получился темненький…

Айвар не удержался от смеха, даже поперхнувшись сигаретным дымом, и наконец ответил:

— А как ты думаешь? И хотелось, и было бы приятно. Сразу отвечу на следующий вопрос: не делал этого потому, что наглядно знаю, что такое аборт. Да и роды, между прочим, — это далеко не в туалет сходить. Кстати, пока я работал в больнице, то заметил, что среди мужиков самые яростные противники абортов — именно те, кто не любит предохраняться, вроде тебя.

— Нет, Иви, я не противник, я считаю, что каждый за себя решает сам. Кто же виноват, что такой подарок, как самостоятельность, не все могут принять? А ты вечно стараешься кому-то помочь, подстелить соломки, даже в ущерб себе, даже тем, кто этого нисколько не заслуживает. Наверное, мир действительно на таких, как ты, держится, только ты себя бы тоже поберег. И о Найляше подумай, не расслабляйся: любой женщине нравится быть сильной и самостоятельной только пока все хорошо. Исключений тут, увы, нет. Как только начинаются серьезные проблемы, они неизбежно будут полагаться на мужчину, и если он их не сможет решить здесь и сейчас, то просто уйдут к более сильному.