Книга Декаданс, страница 28 – Людмила Семенова

Воспользовавшись ее увлеченностью, Алик осторожно коснулся внутренней стороны бедер девушки. Она рефлекторно напряглась, но он понял, что это была лишь неизбежная неловкость, а не осознанный протест. На самом деле Полина все-таки немного боялась боли, но еще больше ее пугала вероятность того, что Алик сам по какой-либо причине захочет отступить. Поэтому она легко и доверчиво следовала всем его движениям, чувствуя, что юноша сейчас нуждался в поддержке не меньше, чем она сама. У Полины мелькнула догадка, что он не знал других женщин, кроме Инги, и уж точно никогда прежде не был с неопытной девушкой. Однако Алик не задавал глупых вопросов, не напрашивался на похвалы и вообще вел себя очень тактично и непринужденно.

Тем не менее, хоть Полина и старалась расслабиться, разрыв все же оказался болезненным. Это напомнило ей ежемесячные спазмы, только усиленные на порядок. Удовольствие было стерто, но как бы плохо ей ни стало физически, душой она по-прежнему чувствовала к Алику нежность и благодарность и даже находила силы улыбаться.

Впрочем, это не могло его обмануть. Заметив, как у Полины подрагивали губы, как она побледнела и обмякла в его руках, как исказилось ее лицо от стараний не заплакать, Алик остановился, причем не выказал ни тени досады. Погладив девушку по волосам и тепло поцеловав в губы, он поднялся и предложил ей сходить в ванную. Полина обернулась испачканным кровью полотенцем и быстро вышла, хотя из-за все еще острой боли это давалось с трудом.

Возвратившись, она накинула платье и села, подложив под себя полотенце. Почему-то в этот момент на девушку нахлынуло чувство растерянности и страха, будто произошло что-то необратимое не только в физиологическом, но и душевном смысле, что теперь они никогда не смогут быть прежними.

К этому времени Алик успел одеться и даже поставил на кухне чайник. Обстановка уже совсем не напоминала о том, что в комнате только что происходило нечто пикантное: казалось, будто это были обычные посиделки старых друзей. Пока Полина была в раздумьях, он принес чай, открыл коробку шоколадных конфет и присел рядом с девушкой.

— Ну как, ты в порядке? — ласково спросил он, положив руку на ее плечо.

— Если честно, то сама не знаю, — откровенно сказала Полина. — Ты только объясни мне как мужчина, Алик: неужели для вас действительно такой кайф порвать эту пленку? Раз вокруг этого возводится целый культ женского целомудрия! Я только до сих пор не пойму: как ваша любовь к невинным девам сочетается с желанием трахаться с первого свидания? Или вы невинность уважаете только в теории, а женитесь все-таки на нормальных женщинах, которые любят мужчин и умеют получать удовольствие от жизни?

Она ожидала, что парня заденет ее резкость, но он продолжал добродушно улыбаться.

— Поля, мы, мужчины, любим тех, кого любим, и у вас точно так же, — уверенно заявил Алик. — И лично для меня не было никакой разницы, первый я у тебя или нет. Мне только жаль, что тебе пришлось вытерпеть такую боль.

— Да, Алик, в жизни так и происходит, — отозвалась Полина уже более спокойно и мягко. — Надеюсь, ты не по любовным романам о девственницах готовился к этому свиданию? Там нет ни слова правды, могу тебя заверить! Боль не перетекает сразу же в оргазм, и вчерашняя скромница не начинает за одну секунду вести себя как многоопытная сука.