Онлайн книга «Декаданс»
|
— Ей бы сейчас не о приглашениях надо думать, а о том, что дальше с Кузнецовым делать. Я вот ей совсем не завидую, — рассудительно заметила Яся. — Если он в ближайшее время себя в руки не возьмет, то непременно сопьется. А свадебные свистопляски и адекватных парней могут до белого каления довести. Им-то это не нужно! — Ничего, можно и потерпеть, вся семейная жизнь все равно на женском горбу держится! Мужикам-то что: у них и работа, и карьера, и хобби, и любовницы. Так можем мы себе позволить хоть один день в жизни, когда нам все можно и ничего за это не будет? — Странно это слышать от тебя, Катя, — вдруг произнесла Полина, которая прежде почти не вступала в разговор. — С каких пор ты в «мудробабы» записалась? «Семейная жизнь на горбу»... Ты еще порассуждай о тяжкой женской доле, богом назначенной! Сколько я тебя знаю, ты всегда мечтала о другом. Катя, усмехнувшись, потрепала Полину по плечу и ответила: — Поля, так истинная женская, а не бабская мудрость состоит как раз в том, чтобы найти мужчину, с которым ничего на себе не придется тащить тяжелее платьев и шубок. И чтобы ему было в радость иметь рядом с собой женщину-праздник, готовую выкладываться в постели, а не на кухне. Для кухни должны быть другие люди, на которых, разумеется, придется заработать. Ну а как он хотел? Так что парней вроде Алика могут себе позволить только такие девчонки, как Инга, которые в состоянии сами все себе купить, а муж им требуется в качестве сексуальной игрушки. Всем остальным их лучше рассматривать только как любовников. — То есть, мудрость в том, чтобы повыгоднее себя продать? — А что такого? Все люди так или иначе себя продают и покупают, Поля, это закон общества, — спокойно отозвалась Катя. — И в нашем-то возрасте пора это понимать, а не жить сказками! — А ты не предусматриваешь, Катя, что товар имеет срок годности? И для таких мужчин, о которых ты мечтаешь, он обычно составляет в лучшем случае тридцать лет, а то и двадцать пять. Речь не о супружеском стаже, а о твоем биологическом возрасте. После этого — все, чао, надоело мне жить со старухой! И куда ты пойдешь, умея только носить платьица и хлопать глазками? — Ну и злюка же ты, Поля, — нахмурилась Катя. — Слушай, надо тебе нормального парня наконец подыскать, а то совсем нервы испортишь! В метро девушки уже переключились на отвлеченные и более спокойные темы, однако дома Полина долго не могла прийти в себя. Катина болтовня хоть немного отвлекала, а в уединении на душе стало совсем плохо. Родители сразу что-то почувствовали и не трогали ее, оставив наедине со своими горькими мыслями. Ведь по сути Катя была права: ей, Полине, давно следовало начать самостоятельную жизнь, не цепляясь за грезы и воспоминания. И что если в основе этой хронической тоски была вовсе не любовь, а банальная привычка, страх неизвестности, нежелание работать над собой? «Нет, — сказала она себе в конце концов. — Это все-таки была любовь, теперь уже я это точно знаю. В ней было хоть несколько минут радости, без всяких примесей, только с солнцем, небом, цветами, вкусными запахами, звездами. И я ни на что не хочу их менять. А то, что ничего больше у меня от нее не осталось, — так это уже только мое дело». На следующее утро Полина, как следует ополоснув лицо прохладной водой и впервые за долгое время слегка подкрасившись, чтобы скрыть следы бессонной ночи, пришла на работу рано и застала в своей мастерской Игоря. Он увлеченно смотрел что-то на своем планшете и не сразу заметил девушку. |