Книга Не подавай виду, страница 109 – Людмила Семенова

— Ладно, — вздохнул Илья. — Я видел твою мать, у нее большие неприятности и мне надо ей помочь, из-за этого придется уехать на две-три недели. И я решил, что ты немножко поживешь в пансионате, где мы были пару лет назад, только заранее с тобой не посоветовался.

— А что случилось? Она что, заболела?

— Нет, Ян, она ввязалась в нехорошую историю, такое иногда бывает. Остальное я тебе пока не могу рассказать.

— Это типа финансовой пирамиды, что ли?

— Ну, в некотором роде похоже, только серьезнее, поэтому мне и надо разобраться лично. Но я поначалу не хотел тебе все это говорить, ну чтобы настроение не портить. Извини, что все решил без твоего ведома.

— Да все нормально, папа, давай в пансионат, я совсем не против. Только ты сам-то как, справишься? Может, лучше возьмешь меня с собой, вдруг я смогу помочь?

— Нет, Ян, я справлюсь, а тебе еще рано пускаться в такие приключения. Кстати, я уже почти умею мысли читать, — грустно улыбнулся Илья.

— Правда? Как здорово! Слушай, а она потом будет жить с нами?

— Это почему? Такого я вроде не говорил.

— А с чего тогда ты впрягся ей помогать? Значит, у тебя свой интерес, — рассудил Ян. — Да ладно, пап, я же не возражаю, если ты будешь счастлив.

— Спасибо, хороший мой, — усмехнулся Илья. — Но давай пока отложим этот разговор, хочется встретить Новый год без тяжелых мыслей. Может, встретимся все вместе перед отъездом, в кафе сходим? Хочешь?

— Давай, — ответил мальчик. К облегчению Ильи, он прекратил расспросы, улыбнулся и обхватил его сзади за шею.

— Пап, покатай меня! Пожалуйста, пожалуйста!

— А кто говорил, что уже не маленький? — весело отозвался Илья. Несколько лет назад они смотрели документальный фильм про обезьянок в Южной Америке, у которых самцы носят детенышей на спине, и с тех пор Ян то и дело затевал эту игру. Он уже основательно подрос, но Илья никогда не мог ему отказать.

А сейчас он ощутил исходящее от Яна тепло, нежный запах его волос, и сердце болезненно сжалось уже от иной тревоги. Досталась сыну родовая отметина или нет? Знать бы, как устроена эта проклятая преемственность, в какой момент падает жребий! Ведь дети часто умирают в утробе матери раньше, чем она узнает о беременности, и уготованная им судьба навсегда остается тайной. А у него только один сын, почти его копия, разве что волосы чуть пожелтее — у Ильи скорее пепельные, — и можно ли надеяться, что глубинное страшное наследие обойдет его стороной?

Но может быть, спокойная и мирная жизнь способна пригасить его темную силу? И она будет дремать, лишь иногда выплескиваясь в вещих снах, иллюзиях и чувственных порывах? Если только сам не захочешь подойти к краю бездны и не получишь проклятие в довесок к дару, прозрение, от которого болит голова и течет кровь, видения, в которых совершаются ужасные вещи, власть, которая накладывает неимоверную ответственность.

«Как бы я хотел прямо сейчас объяснить тебе, почему этого не надо делать! — размышлял Илья, сидя у кровати спящего сына. — Но ты же не прислушаешься, не смиришься с тем, что мне это можно, а тебе нельзя. Ведь именно такое слышат дети, когда их насильно хотят защитить, уберечь, обезволить. И сколько в этом отцовской заботы, а сколько — простого эгоизма, нежелания делиться?»

Наутро ему стало полегче и он решил не портить оставшееся время до Нового года, а точнее третьего января — в этот день Илья вознамерился явиться в общину Сонии.