Книга Одиннадцатый палец, страница 63 – Цинь Мин

— Таких обрядов много, – ответил Дабао. – Необычное… ну вот, например, в одном северном уезде, если умирает маленький ребенок, его тельце нужно положить на развилке дорог на три дня. А южане считают плохой приметой дать увидеть покойнику дневной свет, поэтому голову ему заматывают белой тряпкой. В некоторых местах мертвецам принято в рот класть монеты. А, вот еще: кое-где трупам замазывают лица глиной. У нас же покойника наряжают в многослойный саван, где каждый слой ткани имеет особое значение.

— Да какие же это обычаи? Это просто суеверия и танцы с бубнами, – возмутился я.

— Чур тебя, чур! – в панике затараторил Линь Тао.

Пока мы болтали, машина подъехала к полицейскому участку города Цинсян. Зайдя в кабинет следственной группы, мы сразу ощутили тяжелую атмосферу. Все начальство и полицейские молча хмурили брови, курили, пили чай, изучали материалы или просто смотрели в одну точку. Но начальник отряда Чэнь сказал то, что совсем не соответствовало гнетущей ауре в комнате:

— Лю Цзе все рассказал.

— Ура! – Мы с Дабао отбили друг другу «пятюню».

— Он признал, что совершил развратные действия с трупом, – сообщил Чэнь. – Но полностью отрицает убийство.

— А проверка на детекторе лжи полностью исключила вероятность убийства, – добавил начальник уголовного розыска Чжан.

— Но он не смог объяснить, как попал на место преступления и зачем перевернул тело? – От резких поворотов событий у меня кружилась голова.

— Объяснил, – сказал начальник отряда Чэнь. – Сегодня утром, когда он приехал на работу и услышал шум воды, пошел подглядывать; как раз тогда и заметил, что дверь приоткрыта. Когда он зашел внутрь, то сильно испугался, но вскоре его сердце забилось от вожделения. Он прикрыл дверь изнутри, чтобы его не заметили сотрудники, решившие прийти пораньше, – тогда-то и оставил свои отпечатки пальцев. Опасаясь, что после его домогательств на трупе остались отпечатки пальцев, перед уходом он перевернул труп лицом вниз в воду.

— В таком жутком смраде у него еще как-то возникли подобные мысли… – Дабао скорчил гримасу отвращения.

— Ну, вы поймите, он же закоренелый холостяк, – попытался разрядить обстановку один из следователей, но, заметив на себе пристальный взгляд начальника отряда, прикусил язык.

— Можно ли ему доверять? – усомнился Линь Тао. – Полиграф можно использовать только как дополнительную проверку, а не как доказательство вины или ее отсутствия.

— Вы установили, что преступник совершил свое злодеяние вечером двадцать седьмого июня, – произнес начальник отряда Чэнь. – Когда мы задержали Лю Цзе, то отправили отряд для проведения предварительного следствия. Выяснилось, что всю ночь двадцать седьмого июня он просидел в интернет-кафе, где лазил по разным сайтам. Есть даже запись с камер видеонаблюдения, где он сидит на одном месте с пяти вечера двадцать седьмого до десяти утра двадцать восьмого. Остальное время Лю Цзе провел дома, где отсыпался. Это подтверждают его семья и соседи. Он действительно не мог совершить это преступление – не успел бы.

— Я же говорил, что в этом деле будут трудности с доказательствами, – спокойным голосом сказал Линь Тао. – Зато теперь у нас есть неопровержимые доказательства, что убийства совершил не Лю Цзе.

— Он не просто осквернил труп! Он испортил улики! Это препятствие исполнению служебных обязанностей! – Я побагровел от гнева.