Книга Очень плохие вдовы, страница 81 – Сью Хинсенбергс

Шли часы. Пол и Эсмеральда принесли три раскладных стула и поставили их в тени раскидистого дуба, а сами пережидали в сторонке. Пэм решила присесть – и вдруг боковым зрением увидела какое-то движение. Она обернулась: это Эсмеральда раскрыла объятия, и Пол принял их успокаивающее тепло. Они так и стояли, обнявшись. Как мог Ларри отказаться от своего сына, отказать ему в праве на эту заботу? Ведь все родители хотят одного для своих детей – чтобы их любили… Пэм вспомнила, как объятия Хэнка исцеляли ее душу, и всем сердцем пожелала снова в них оказаться. Но теперь этого уже никогда не произойдет.

Она отогнала от себя это сожаление, присела и стала смотреть на океан. Сидя рядом с Нэнси и Шализой, вдруг вспомнила о фигурках трех обезьян: одна не видит зла, другая не слышит зла, а третья зла не говорит. Пэм больше всего волновала обезьяна, закрывающая лапами рот.

— Только ничего не говорите, – тихо шепнула она Нэнси и Шализе.

— О чем? – спросила Шализа.

Пэм нагнулась к ней так, чтобы можно было смотреть в глаза.

— О том, что мы наняли киллера для наших мужей. Вот о чем. – И села на место.

— Поверить не могу, что прямо сейчас ты думаешь об этом, – сказала Нэнси.

Пэм снова склонилась к ним обеим.

— Ну простите, что я быстренько проскочила стадии горя и сразу думаю о том, как не сесть в тюрьму до конца своей жизни. Когда копы позвонили в дверь Шализы, я думала, что нас арестуют. Я решила, что они все знают. Мы не должны ничего говорить. Вообще.

Нэнси и Шализа снова уставились на воду и кивнули.

— Знаете, если б это случилось пять часов назад, я была бы счастлива, – сказала Нэнси.

— Ты имеешь в виду, до того, как мы вышли на яхте развеять прах Дэйва? – уточнила Шализа.

Нэнси кивнула.

— За пять долбаных часов я перешла от страстного желания его смерти до ненависти к тому, что это случилось.

Шализа взяла Пэм и Нэнси за руки и сказала:

— По правде говоря, мне очень вас жаль. Но про себя могу сказать, что мне ничуть не жаль, что это случилось с Андре.

Пэм резко отдернула руку и посмотрела на Шализу. Убедившись, что их не могут подслушать, она прошипела:

— Как ты можешь такое говорить? Мы же поменяли свое мнение.

Шализа не отводила глаз с воды.

— Это вы двое передумали. Я просто согласилась за компанию. Я уже решила, что все равно брошу Андре. – Она посмотрела на Пэм. – Ты сказала, что вы все мне поможете. Я и согласилась – пусть он живет, но я-то с ним не останусь. Я слишком много отдала этому мужчине. И больше он не получит. И вообще моя мама всегда говорила, что все всегда к лучшему. И, между прочим, мы все равно теперь получим страховку.

Пэм ахнула и взглянула на Нэнси – у той просто отвисла челюсть. Шализа посмотрела на них обеих и вздохнула.

— Ну ладно. Может, мне и жаль Андре. Я была бы не против, если б он выжил, но мы имеем то, что имеем. И вам надо смириться – хоть мнение мы и поменяли, все равно это произошло. Может, вселенная нам дает какой-то знак, – она пожала плечами. – Может, им и суждено было умереть.

Пэм сидела и чувствовала, как ее желудок то поднимается вверх, то падает вниз – как лодки на волнах. Она глубоко вдохнула. Неважно, что думает Шализа. Это их дела – ее и Андре. Но вот Хэнка теперь нет, и это произошло из-за нее… А вдруг нет?

Еще одно поисковое судно отчалило от пристани. Пэм сказала: