Книга Очень плохие вдовы, страница 101 – Сью Хинсенбергс

— Лучший фильм на свете.

— Согласна. Но мне неясно, кто тут нуждается в прощении. Что, если мужья все же боялись, что жены замышляют их убить из-за денег, украденных в казино? Серьезно, ну вот зачем еще им желать их смерти?

— Иногда размер страховки – уже достаточный мотив.

— Если мужья наворовали очень много денег у казино, это куда бо́льшая мотивация хотеть их смерти. Страховка явно будет поменьше. Ты так не думаешь?

Бренда глотнула кофе, пока Гектор раскладывал крошки на тарелке.

— Страховки обычно хватает в качестве причины.

Бренда положила подбородок на сцепленные руки.

— Может, ты и прав. И не в первый раз. Но. То дело Мердо на побережье Южной Каролины… Рыжеволосый здоровяк-юрист убил жену и сына ради страховки. Или… – Бренда снова глотнула кофе, а Гектор залюбовался ею: любил смотреть, когда она размышляет. – Или мужья реально воровали, подумали, что в казино все узнали, и поэтому они и боялись. Но тебе об этом не сказали – не хотели, чтобы ты знал.

— Почему?

— Типичная паранойя. И они подумали, что если ты узнаешь об этих деньгах, то захочешь получить с них долю.

Гектор насыпал в кофе сразу три чайные ложки сахара и сидел, помешивая. Кофе уже немного остыл, как он и любил.

— Так о какой сумме идет речь?

— Падма считает, что они выводили по пятьдесят тысяч в неделю, а машины эти проработали четыре года.

— И это…

Бренда открыла калькулятор и показала ему сумму на экране телефона.

— Около десяти миллионов. Что ты теперь думаешь?

Гектор тихонько присвистнул.

— Интересно… Но она не уверена, что это точно они?

— Она знает, что доступ был у Дэйва Брэнда. И еще знает, что Хэнк врал о своей дружбе с Дэйвом, и это наводит ее на мысль, что Хэнк тоже был замешан. Хотя она не считает его достаточно умным для подобных дел. Называет его болваном. И, кроме того, она обратилась в головной офис в Индии, чтобы те прислали помощь. – Бренда улыбнулась Гектору.

Тот допил кофе, подошел к Бренде, нежно поцеловал ее в шею, потом – в щеку, в ухо и, наконец, в губы. Поправил выбившуюся прядь волос.

— Нужно ехать. Люблю тебя.

— Знаю, – улыбнулась она.

— Вернусь завтра вечером. – Гектор взял рюкзак и направился к двери.

— Помни: человек должен знать пределы дозволенного, – окликнула его Бренда.

Гектор остановился и обернулся. Покачал головой, задумавшись.

— Хм, прямо как Клинт Иствуд. Один из фильмов о Грязном Гарри. Точно не помню какой. – Он почесал подбородок. – «Высшая сила».

Бренда улыбнулась.

— Будь осторожен. Люблю тебя.

На этих словах Гектор закрыл за собой дверь их квартиры.

— Ты уже доел?

Хэнк взял со стола маленькое глиняное блюдо с остатками лучшей сальсы, которую когда-либо пробовал. Он попросил бы рецепт, если б был уверен, что его испанский, оставшийся на школьном уровне, хотя бы понимают. Возможно, добрая сеньора и позволит ему посмотреть в следующий раз, как она ее готовит. О да, еще сальсу и те штуки, которые тут называют пупуса^[18]. Почти как кесадилья, только лучше: толстая тортилья из кукурузной муки, с начинкой из мяса и специй, обжаренная на хорошо нагретой сковороде. У Хэнка появилось новое любимое блюдо. Влажной тряпкой он смел крошки со стола и слегка задел локтем ноутбук. На экране высветился заголовок новостей: «Состоялись похороны местных мужчин, погибших при взрыве яхты».