Книга Бывшие. Соври, что любишь, страница 84 – Даша Черничная

— Глеб сказал, что был зол на меня и хотел уйти из дома. Идти ему особо некуда, так что он поехал на дачу к деду. Запутался и вышел на остановку раньше. Там станция без кассы, просто платформа, и все. Он пошел в лес, думая, что сможет выйти к людям. К тому моменту батарейка на телефоне у него уже села.

— Как он сейчас?

— Спит. Врачи решили оставить его до утра на всякий случай. У него переохлаждение, но обморожения нет. — Максим берет мои руки в свои: — Уль, спасибо тебе за то, что была рядом со мной каждую минуту. За то, что пошла искать в ночь и темноту.

— Перестань, Максим. Я не могла иначе.

Макс притягивает меня к себе, вжимает в себя так сильно, что дышать тяжело.

— В очередной раз я убеждаюсь в том, что не достоин такой женщины. Мне жизни не хватит, чтобы заслужить тебя.

Аккуратно отстраняюсь и улыбаюсь:

— Попытаться стоит.

Несколько секунд проходит, прежде чем Максим понимает, что за намек я ему дала.

— Улька, как же я тебя люблю, — шепчет порывисто и зацеловывает мое лицо.

Я старательно держусь, не давая себе разреветься.

— Уля, я знаю, это сложно, но, пожалуйста, верь мне. Я больше никогда не оставлю тебя или Лешку. Я был слеп и глух, но теперь все иначе.

— Максим, я простила тебя. Только окунуться в этот омут с головой вот так наскоком не смогу, — говорю честно. — Прошлое я забыть тоже не смогу, и мне потребуется время, чтобы научиться снова доверять тебе.

— Лешке тоже нужно время, — соглашается.

— Да.

— Я сделаю все, чтобы вы поняли, как сильно я люблю вас.

Ульяна

Глеб пробыл в больнице сутки.

На второй день я позвала Максима с Глебом к нам в гости.

Это будет достаточно сложно и неловко, но делать что-то надо.

Я приготовила ужин, и вечером к нам с Лешей пришли гости.

В момент, когда открылась входная дверь, Глеб зажался. На меня смотрел икоса, но уже хотя бы не бросался оскорблениями, а в глазах читалась скорее неловкость.

— Привет, Лех, — говорит Глеб тихо. — Здрасьте, Ульяна Романовна.

— Здравствуй, Глеб.

Мальчик медленно расстегивает куртку; я буквально каждой клеточкой ощущаю, насколько ему неуютно.

Но Лешка решает все иначе. Он затягивает брата вглубь коридора и по-мужски пожимает ему руку. Глеб опускает голову, мне кажется, что у него даже глаза заслезились.

— Привет, Лех, — говорит Макс, заходя в квартиру после сына.

Леша, мой умный и чуткий мальчик, здоровается хоть и немного холодно, но вежливо:

— Привет, дядь Максим.

— Держи, это тебе, — протягивает пакет. — Там новые джойстики. Как я понял, твои барахлят.

Лешка честно пытается удержаться, остаться равнодушным, может, даже отказаться от подарка, но горящий взгляд не спрятать. Этого попросту не перебороть.

— Спасибо! — тут же лезет в пакет и кричит: — Вау!

— Мы вместе с папой выбирали! — Глеб переключается на джойстики и больше не стесняется.

Тоже рассматривает коробку.

— Пойдем попробуем? — зовет Лешка.

— Погнали!

— Ребят, только не долго. Ужин почти готов.

— Хорошо, Ульяна Романовна, — бросает Глеб на автомате и тут же замирает, краснеет.

Да, слово «мразь» никуда не исчезло, мы оба прекрасно помним слова, брошенные им на эмоциях.

— Можно просто Ульяна, — улыбаюсь ему.

— Простите меня, — в глазах у него снова слезы.

— Я не злюсь на тебя, Глеб, — подхожу ближе и кладу руку на плечо мальчика. — Ну бегите, пробуйте новую игрушку.