Книга Развод (не) состоится, страница 123 – Диана Рымарь

Ух…

Я бы, конечно, могла сейчас состроить оскорбленную мину и заставить его спрятать свой крайне выдающийся агрегат. Но отчего-то у меня нет совсем никакого желания на него дуться.

— Иди же ко мне… — зовет Мигран вкрадчивым голосом. — Ласкать буду…

Кидаю на полочку кошелек, делаю шаг к Миграну и говорю:

— Ласкай.

Проходит всего лишь одна маленькая секундочка, и я оказываюсь в объятиях Миграна.

В груди все ухает от его близости, а низ живота сладко тянет в предвкушении.

Муж жадно целует меня в губы, прижимает к себе. А потом и вовсе, как пушинку, поднимает на руки и устраивает в кровати.

Мы вместе стаскиваем с меня одежду, и вот…

Я вновь перед ним почти нагая.

В одном нижнем белье — как в тот день, когда он выгонял меня из дома.

Неожиданно дико смущаюсь. Здравствуйте, дорогие комплексы, которые появились у меня после того случая. Что-то внутри меня сжимается в тугой комочек, и возбуждения нет как нет.

Пытаясь как-то оттянуть время, прошу мужа:

— Проверь, замкнула ли дверь? А то дети как войдут в самый неудачный момент…

Мигран кивает, соскакивает с кровати и хватает мое полотенце с дверцы шкафа. Накидывает его на бедра и спешит в прихожую.

Я же чувствую себя глупее некуда.

Что за дурацкий у меня мозг, который подсовывает в такой ответственный момент совершенно ненужные воспоминания?

В конце концов, мне тридцать восемь лет, мы с Миграном двадцать лет вместе, спали тысячу раз, не меньше. К чему теперь смущения и прочее? Неужели тот единственный раз, когда он раскритиковал меня голую, так на меня повлиял?

Я ведь даже уже не злюсь на него совсем! Вся моя злость к Миграну закончилась в тот момент, когда он надел на меня все свои вещи там, в морозилке. Когда он замерзал, а мне замерзнуть не дал.

Но поди ж ты, сидит что-то эдакое внутри. Чувствую себя не любимой и желанной женщиной, а какой-то крокозяброй, и хочется поскорее закрыться.

За те несколько секунд, что муж ходит, я успеваю завернуться в голубой плед.

— О-о, мне подарочек, — посмеивается он, войдя в спальню. — Сейчас разверну!

Хочу сказать ему, чтобы шел куда подальше, но слова не слетают с губ.

Ведь это было бы так глупо отказать ему в близости после того, как сама позвала мириться.

Молча наблюдаю за тем, как он приближается, красивый, словно бог. Скольжу по нему взглядом, когда он скидывает полотенце с бедер. Надо же, ничуть не потерял энтузиазма, все по-прежнему в полной боевой.

Закусываю губу, жду, что будет дальше.

А дальше Мигран опускается на колени перед кроватью — у моих ног. Вопреки своему обычному поведению, он не торопится. Осторожно разворачивает плед, кладет ладони на мои ступни, ведет руками вверх. Потом прижимается губами к голеням — сначала к одной, потом к другой.

Вот так руками и губами он продолжает ласкать меня, оголяя сантиметр за сантиметром, пока не добирается до верхней части бедер.

А между ними стратегическое место, между прочим.

По мне поневоле снова ползут мурашки возбуждения и предвкушения близости.

Муж передо мной на коленях, он нежен как никогда, ласков, в то же время настойчив.

Я тихо вскрикиваю, когда Мигран сдергивает с меня плед. При этом чувствую себя настоящей трусихой.

Однако в эту самую секунду он окидывает меня таким обожающим взглядом, что перехватывает дыхание.