Книга Мой запретный форвард, страница 46 – Кейт Морф

— Поля! — голос у нее звонкий, с тем самым «глянь, как у меня все чудесно». — Ну, наконец-то ты мне ответила! Я уже думала, ты снова обиделась.

— С чего бы, мам, — опираю мобильный о бутылку воды и раскладываю по стопкам выстиранные вещи. — Просто дел много.

— Ну да, конечно, — мама усмехается и делает глоток вина. — У нас тут все прекрасно. Ты помнишь Ноя, я тебе про него рассказывала?

В камеру заглядывает мужчина лет пятидесяти, черные волосы, но виски слегка в седине.

— Привет, Полина. Я — Ной, рад познакомиться.

— Привет, — машу я в трубку. — Взаимно.

Ной уходит, а мама продолжает счастливо стрекотать.

— Вчера мы ездили в Ванкувер, вино, океан, потрясающий вид с террасы. Он, кстати, сказал, что я выгляжу на двадцать восемь. Представляешь?

Я киваю, уже не глядя в экран. Слушаю ее вполуха, складываю футболки, лосины, носки, все в идеальные стопки, как приучена еще с детства.

— Рада за вас, — бросаю автоматически.

— О, ну конечно, ты не представляешь, как это важно найти человека, который тебя слышит. Не просто мужчина, а партнер, понимаешь? — она замолкает, делает паузу. — Кстати, как твоя учеба? Ты подала уже документы в университет?

Я выворачиваю очередную футболку, делаю вид, что ничего особенного не происходит, но внутри начинается какое-то странное волнение.

— Подала, — отвечаю я.

— Прекрасно! — радостно восклицает мама. — Я уж думала, что придется звонить твоему отцу, чтобы он тебя подтолкнул. Куда? На экономический? Или на международные отношения, как мы договаривались?

Вот тут и приходит время правды.

Я поднимаю голову, встречаю ее взгляд на экране.

— В институт культуры и спорта, — говорю четко и без пауз. — На тренерский факультет.

— Что-о-о-о? — переспрашивает мама, будто ослышалась. — В какой институт?

— Культуры и спорта. Я хочу стать тренером.

Она откидывается на спинку дивана, пальцами сжимает переносицу и тяжело вздыхает. Я знаю эту позу, она означает: «ты сошла с ума».

— Полина, это… это какой-то бред, — холодно произносит мама. — Ты все детство занималась фигурным катанием, я не спорю, ты молодец. Но тренер? Серьезно? Это не профессия, это хобби. Ты просто не до конца понимаешь, что делаешь.

— Я как раз таки понимаю, — перебиваю я, чувствуя, как внутри поднимается обида. — Я хочу этим заниматься. Не офис, не цифры, не отчеты. Я хочу видеть результат своей работы, помогать людям, быть в движении, а не сидеть за столом с папками.

— Полина! — резко повышает голос мама. — Это твой отец тебя надоумил, да? Конечно. Ему же выгодно, чтобы ты осталась рядом, чтобы помогала ему на базе, чтобы вся твоя жизнь крутилась вокруг его хоккея!

— При чем он тут вообще?! — срываюсь я. — Это мое решение. Мое, понимаешь? Я сама выбрала.

Мама замолкает, и я вижу, как ее лицо становится каменным, как глаза наполняются тем самым знакомым разочарованием.

— Знаешь, Полина, — произносит она холодно, — ты можешь думать, что делаешь, что хочешь. Но потом не удивляйся, если окажешься у разбитого корыта. Ты же не из тех, кто способен жить без стабильности.

— А может, я просто устала жить твоими мечтами, мам, — тихо говорю я.

Повисает пауза. Губы мамы изгибаются вниз, она недовольна. Но потом она легко встряхивает головой и придвигается ближе к экрану.

— Ладно, мы еще вернемся к этому разговору. Все же я позвонила тебе по другому поводу, — вдруг произносит она, глядя мимо камеры, — я тут недавно видела Тони.