Книга Отличница для генерального, страница 24 – Екатерина Крутова

Придя на свидание к воротам Русского музея, она решилась на первый шаг. Сегодня, выбрав утром платье и чулки, сделала второй. Оставался последний и самый главный, а сдаваться и отступать отличница не привыкла. Край ключ-карты больно врезался в сжатую в кулак ладонь. Александр решил продолжить урок, на который она согласилась семь месяцев назад. Что лучше — сделать и жалеть, или всю жизнь страдать из-за упущенной возможности? Больше полугода она не могла выкинуть его и головы и сбегать сейчас, когда судьба практически на блюдечке принесла второй шанс? Глупо! Но если отказ и согласие глупы в равной степени, поступай так, как велит сердце. И девушка оправила платье, критично оглядела свое отражение в стеклянных дверях и решительно отправилась в логово зверя, ждущего в апартаментах «сто один».

* * *

Номер был пуст. Никого. Только сдержанная роскошь отделки, дорогая и стильная. Действительно, огромная кровать с атласным покрывалом, панорамные окна-двери, выходящие на широкую террасу, ванная комната с джакузи — все, как обещал Шувалов.

На низком стеклянном столике — бутылка шампанского в ведерке со льдом и букет в вазе. Аня машинально пересчитала цветы — двадцать четыре белых и одна красная. Алекс все подготовил заранее, и это одновременно пугало и будоражило.

Девушка нервно прошлась по комнате, не зная, куда себя деть. Как его встретить? Может, сесть в кресло, спиной к окну, положив ногу на ногу и небрежно расстегнув несколько пуговок на платье? Или перед подобным принято принимать душ? Освежиться бы ей точно не помешало… Что ждет он, взрослый опытный мужчина, от такой, как она? Покорного подчинения, невинного трепета? Страсти? Слез? Мольбы?

Слишком много вопросов, страха и предвкушения. А еще сомнений, зудящих сбежать пока не поздно через неплотно закрытую дверь, ведущую в песчаные дюны балтийского взморья.

Зеркало над туалетным столиком отразило растерянную девушку с растрепавшейся прической. Пылающее румянцем стыда и смущения лицо, губы со стертой помадой, припухшие от недавнего поцелуя. Платье, смятое на боку, где его ладонь по-хозяйски сжимала бедро.

Музыка из бара доносилась сюда приглушенно. Медленный джаз, томный и чувственный, приглашал, и движения сами собой подстроились под неторопливый ритм. Мелодия успокаивала, помогая унять дрожь в коленях.

Дверь щелкнула, впуская Александра. Пиджак небрежно снят, галстук ослаблен, первые две пуговицы рубашки расстегнуты. Взгляд — темный, тяжелый, как перед грозой.

— Танцуешь одна? — голос низкий, с хрипотцой.

— Разминаюсь, — Аня сделала шаг назад, чувствуя, как учащается пульс.

Алекс медленно приблизился, бросив пиджак на кресло.

— Этот ритм для двоих.

Его руки легли на талию и повели в такт музыке. Аня попыталась сохранить дистанцию, но Александр притянул ближе, заставив упереться в грудь, коснуться бедром паха, где уже ощущалось возбуждение.

— Ты дрожишь, — приоткрытые губы коснулись ее виска, не целуя, но считывая частый пульс.

— От твоей самодовольной наглости, — она попыталась вырваться, но хватка стала жестче.

— Разве? — Алекс усмехнулся.

Они двигались в странном, нервном танце — она пыталась сохранить контроль, он методично разрушал его. Его ладонь скользнула вниз по спине, заставив выгнуться, подставляя шею и грудь.