Книга PS: Проиграй мне, страница 44 – Кира Сорока

— Что у тебя там?

— Ничего… Дай мне минуту.

Мне показалось, или в её голосе действительно проскользнули жалобные плаксивые нотки? Видимо, поранила руку или что-то в этом роде.

— Дай посмотреть! – требовательно произношу я, но Вика и не думает спускаться вниз.

Упрямо качает головой.

— Я же сказала, мне нужна минута, – отвечает в своей обычной недружелюбной манере.

Но я не тот, с кем можно так разговаривать. Схватив её за пояс джинсов, стягиваю вниз. Пошатнувшись, она почти падает, но я ловлю её и силой усаживаю на сиденье.

— Отстань от меня, Руслан! – зло шипит Вика, сжав пораненную ладонь другой рукой.

— Дай сюда!

Опустившись на корточки перед девушкой, силой забираю её руку и разглядываю ранки на подушечках пальцев. Они кровоточат. Кожа слезла. Ещё и грязь попала. Час от часу не легче!

— Ладно… Сиди смирно, поняла? – говорю строго, как с нашкодившим ребёнком.

Иду к багажнику, нахожу аптечку. Пошарив в ней, забираю перекись, вату и бинт. Вернувшись к Вике, вновь опускаюсь на корточки.

— Эй… Что ты собрался делать? – она сразу прячет ладонь за спину.

— Не веди себя как ребёнок, эмо, – вздохнув, вынуждаю её отдать мне руку. – Просто потерпи, ладно?

Обильно смочив вату перекисью, вновь разглядываю ранки. Сейчас рука Вики лежит на моей ладони тыльной стороной вниз. По сравнению с моей, её ручка такая маленькая, хрупкая… Кожа на удивление нежная. А ногти, хоть и без броского лака, выглядят ухоженными.

Прикладываю тампон к ране на указательном пальце, и Вика тут же шипит от боли. Я жму на ватку, чтобы перекись буквально залила царапины, и девчонка дёргается всем телом.

— Изверг! – говорит она шёпотом, пока я силой удерживаю её руку в своей.

— А ты плакса! – парируя я.

Перекись шипит на ссадинах и порезах. Вика начинает дрыгать ногами. Вообще-то, забавно видеть её такой… Такой безобидной… и ранимой, что ли.

Пока я обрабатываю все ранки, Вика пристально смотрит на меня. Мы оба молчим. И пока она ничего не говорит, то кажется мне совершенно нормальной девчонкой. К тому же теперь, когда она не нанесла на себя сто слоёв косметики, её лицо стало даже милым…

Самая большая рана у неё на верхней части ладони, и мне приходится плеснуть туда перекись прямо из бутылки. Вика вновь шипит от боли.

— Ай-ай-ай…

Вырывает руку, трясёт ею. Кровь смешивается с перекисью и бежит по её пальцам.

— Дай сюда! – вновь строго говорю я, схватив за запястье.

Наверняка Вике действительно больно. Сейчас, когда грязь смыта, я вижу, насколько глубокая рана. Склонившись к самой ладони девушки, начинаю дуть на неё. Вика замирает и нервно сглатывает.

Я поднимаю голову, и наши лица оказываются чертовски близко. От Вики пахнет нежным цветочным ароматом и солоноватым потом. Запах её тела буквально ударяет в нос, но мне не хочется отодвинуться… Потому что мне неожиданно нравится, как она пахнет.

— Иногда ты удивляешь меня, Руслан, – наконец Вика нарушает молчание.

— И чем же?

— Тем… Тем… – нервно облизывает губы, подбирая слова. – Тем, что бываешь не таким уж и противным мажором. Но всё-таки, в основном, ты самый что ни на есть мерзкий сноб, – заканчивает с натянутой улыбкой.

Лучше бы она молчала… Тогда, возможно, на сегодня я бы дал ей маленькую передышку.

— Думаешь, я лечу твою руку, потому что мне жаль тебя? – криво ухмыляюсь я.