Книга Я с тобой играл, страница 70 – Кира Сорока

Я просто немного притормозил, чтобы прочитать смс, пока мы шли по коридору спорткомплекса на встречу с тренером. И теперь быстро запихиваю телефон в карман и догоняю отца.

Тренер вышел нам навстречу из зала, и они уже успели поприветствовать друг друга. Все называют его мистер Джонс или тренер Джонс. По словам отца, он недавно переехал в наш город из Штатов. Сразу организовал школу. Набрал команду. И у него занимаются самые-самые. И самые богатые, естественно. В общем, как-то так.

Я здороваюсь с ним за руку. Рукопожатие у мистера Джонса оказывается чертовски сильным. Да и сам он – просто гора мышц.

— Если нужно, он прямо сейчас выйдет на ринг и покажет, что умеет, – говорит ему отец.

— Не нужно. Я и так вижу форму Дамиана, – отвечает тот на ломаном русском. – Основные тренировки начнутся в сентябре, но уже сейчас Дамиан может посещать сборную группу.

Ага, ясно. С сентября я буду как проклятый вкалывать с тренером индивидуально. Тачки у меня нет, и мне придётся просить Руса возить меня на тренировки. А когда я буду видеться с Элей, чёрт возьми?

И да, я уверен, что в сентябре мы будем по-прежнему вместе, и Эля никуда не уедет. Потому что отец не захочет отпускать её мать. А Рус сто процентов блефовал, когда говорил о том, что уже выиграл спор. Да он и не делает ничего. Со слов Эли последние две недели Рус даже встречи с ней не искал. Не знаю… Может, успокоился? Поумнел, в конце концов?

— Слышал, Дамиан? – обращается ко мне отец. – С завтрашнего дня будешь тренироваться в общей группе.

— Вот завтра и посмотрим на твою подготовку, Дамиан, – вставляет своё слово тренер Джонс.

Мать вашу! Теперь он тоже будет называть меня Дамианом?

— Да, хорошо, – бубню себе под нос. – Во сколько начало?

— Есть группа вечерняя, там посвободнее. Запишись на ресепшене, – указывает куда-то за мою спину.

— Спасибо, тренер Джонс, – пожимаю ему руку.

— Иди в машину, сын. Я тебя запишу, – распоряжается отец.

Выбора у меня нет, и я ухожу, попрощавшись с тренером. Наверняка отец хочет обсудить финансовый вопрос без моего присутствия.

Оказавшись в машине, сразу строчу сообщение своей Золушке: «Я скоро буду. Оставь немного Замятина и для меня тоже».

Отправляю сообщение вместе со смеющимся смайликом. Жду, когда Эля заметит его, но сообщение так и остаётся непрочитанным.

Возвращается отец, и мы едем домой. По дороге я всё-таки решаюсь на разговор с ним.

— Что дальше, пап?

— Что дальше? Ты о чём? – взглянув на меня, он снова смотрит на дорогу.

— Ну-у… Ты и Дарья. Что дальше?

Лицо отца на глазах превращается в непроницаемую жёсткую маску.

— Ты всерьёз решил, что я буду обсуждать с тобой это?

— Нет. Просто хочу убедиться, что ты не отпустишь её в конце августа.

Отец вновь косится на меня.

— Так ненавидишь Снежану, да?

— Дело же не в Снежане. Дело в том, что каждый человек должен быть с тем, с кем реально хочет быть. И плевать на общественное мнение, статус и так далее. Я не хочу быть «недосягаемым» для кого-то, потому что ты решил взять мою судьбу в свои руки, – замолкаю. Сглатываю. И продолжаю с пылом: – И не хочу, чтобы ты был «недосягаемым» для того, кто действительно влюблён в тебя.

Отец одаривает меня совершенно нечитаемым взглядом и никак не комментирует мою пламенную речь. Сейчас я сказал ему всё, что должен был сказать. То, что накопилось на душе. К тому же он реально влюблён в Дарью, а она в него. Мой отец смотрит на эту горничную так, как смотрел только на мою маму. А её он точно любил.