Книга Запрети тебя любить, страница 74 – Кира Сорока

— Ну ты же за этим пришла – высказать своё мнение! Давай! Не стесняйся!

Я ничего не могу с собой поделать и всё так же нападаю на снежинку. И, наверное, всегда буду нападать на неё, потому что у меня больше ничего не осталось. Сначала я просрал свой шанс быть с ней. Потом оттолкнул её от себя. А теперь всё совсем зашло в тупик, и мы никогда не сможем быть вместе.

Никогда! Это звучит чертовски страшно.

— Не злись, Остап, – она говорит сдержанно и доброжелательно. – Я ведь помочь хочу. И тебе, и Денису. Он вроде как сожалеет о содеянном.

— Ты веришь ему?

— Не знаю. А ты нет?

— Конечно, нет. Он лечит, что моя мама знала о том, что у него другая. А она не знала! Она же не дура – связываться с человеком, который в открытую сказал ей, что они не будут вместе!

В глубине души, возможно, я считаю свою мать помешанной на Аверине, но сказать это вслух решимости не хватает. Отрицать – вот всё, что мне остается.

— Хорошо, допустим, Денис лжёт по этому поводу, – Варя тут же меняет направление разговора. – Но как это касается моей мамы? Почему ты хочешь разбить ей сердце? При чём здесь ты вообще? Не лучше ли дать возможность Денису преподнести маме шокирующую информацию как-то помягче? Она ведь беременна! А если с ней что-то случится?

Стискиваю зубы, собираясь ответить достаточно резко, и бросаю взгляд на Варю. Лучше бы я на неё не смотрел... Бездонные голубые глаза смотрят на меня с доверием. Губы немного дрожат в страхе услышать самый циничный ответ из всех возможных ответов.

Сейчас я одним махом могу напрочь разорвать наши отношения. Достаточно лишь сказать Варе, что я хочу, чтобы её мать потеряла ребёнка. Чтобы она почувствовала, как может быть больно от потери...

Но лицо Вари и мысль о том, что они с мамой уже знают, что такое потеря – ведь они потеряли отца и мужа – заставляют меня сломаться окончательно. Я не могу обидеть снежинку ещё больше, чем уже обидел.

Демьян был прав, я влюблён в неё. И надеюсь, что Аверин сегодня тоже был прав – когда-нибудь я разлюблю её!

— Чего ты хочешь? – спрашиваю, повернувшись к ней лицом.

— Хочу, чтобы ты остался в нашем доме. А для этого ты должен дать слово, что ничего не станешь рассказывать моей маме.

— Аа...Тебя Аверин послал. Понятно, – я не скрываю разочарования.

— Не совсем, – она качает головой. – Денис лишь позволил мне поговорить с тобой. Я сама решилась на этот разговор.

Зачем она это делает? Почему хочет, чтобы я остался?

— Ты уверена, что моего слова будет достаточно? Ведь Аверин мне не доверяет!

— Он готов тебе поверить, Остап, – с пылом заверяет меня Варя. – Но сам пойми, это не шутки, и ты должен будешь сдержать слово.

— И оставить его в покое? Не отомстить за свою мать? – грустно ухмыляюсь. – Не знаю, смогу ли.

— Если ты сам расскажешь моей маме, тебе станет легче? – искренне удивляется Варя. – Ведь она-то ничего плохого тебе не сделала.

И тут снежинка права. Её мать я видел всего несколько раз. Последние разы, кстати, были в больнице, потому что они с моей мамой лежат в одном учреждении, только в разных корпусах. Я мог рассказать Наде правду, просто зайдя в её палату или подойдя к ней на улице, когда она прогуливалась там. Но до сих пор не сделал этого, и знаю, почему.

Причина в Варе. Ведь тогда она точно навсегда возненавидит меня. Всё, что я делал раньше – лишь мелкие пакости по сравнению с тем, что собирался сделать.