Книга Притворись моей, девочка!, страница 51 – Кира Сорока

— Да-ша! Я тебя не отпущу! — категорично заявляет Артём.

— Ты только обещаешь быть честным! А на деле это не так, — говорю наконец.

Он ещё сильнее прижимает меня к стене. Вжимается лбом в мой и шепчет:

— Моя мама бросила нас с Тимуром ещё в роддоме. Я даже не знаю, как она выглядит. Вроде бы она была совсем молоденькой, когда забеременела. Да ещё и двойней. Не справилась с навалившейся ответственностью — и сбежала. В нашей семье не принято говорить о ней. Отец ненавидит трусость и любую форму трусости.

Артём выпаливает всё это на одном дыхании. И я чувствую, что он сейчас честен со мной. В горле встаёт ком, который никак не получается проглотить.

Зачем мне было нужно всё это знать?

Зачем я решила бередить его раны?

Но в то же время я понимаю, что в его прошлом кроются ответы на важные вопросы. Поведение братьев в школе мне вдруг становится совершенно понятным.

Они росли без мамы… Явно недолюбленные. И от этого — жестокие.

Я их, конечно, не оправдываю, хотя очень хочется это сделать. Хотя бы Тёму.

— Ты меня услышала? — снова раздаётся его хриплый шёпот.

Молча киваю и выдавливаю:

— Да… Спасибо.

— Не говори так. Я тебе ровным счётом ничего не дал.

Но он дал. Теперь я понимаю его лучше.

Он немного отстраняется и больше не прижимается ко мне лбом. Заглядывает в глаза, и некоторое время мы ведём безмолвный диалог.

— Я знаю, что ты сейчас скажешь, — бросает Артём, вновь поморщившись. — Что у нас осталось лишь четыре дня. И один из них уже подходит к концу. А значит, всего три дня. И что не стоит из-за трёх дней ввязываться вот в это всё!..

Я качаю головой, но никак не оспариваю его слова. У меня просто не получается пока что-то говорить.

А может, я, и правда, думаю о том, что с глупой сделкой пора заканчивать.

— Так вот. Можешь не тратить слова, пытаясь объяснить… — продолжает Артём. — Потому что сделка аннулирована. Мной. И я не хочу тебя на оставшиеся три дня.

Замолкает. Впивается взглядом в мои глаза. Словно пытается в голову залезть и прочитать мои мысли. А я в панике. В ужасе!

Тёма больше не хочет быть со мной!

Я думала, что больнее уже быть не может! Оказывается, может…

А он, явно прочитав в моём взгляде то, что предполагал, продолжает:

— Мы будем вместе, Даша. Не в течение этих трёх дней. Потом, после этого сраного банкета, когда вернёмся в пансион…

— Я не…

«Не понимаю!» — хочется сказать мне. Но слова застревают в горле.

А Артём продолжает с тем же напором:

— Вместе! Поняла?

Качаю головой.

— Как, Тёма? Мы же совершенно разные! Мы не подходим друг другу…

Но на самом деле я очень вяло протестую и совершенно ненатурально отпираюсь. Потому что по уши влюблена в него.

Он ухмыляется.

— Всего на сутки тебя оставил, а ты опять завела ту же шарманку про «разные»… и всё такое. Да какая, к чёрту, разница, Даша? Ну и пусть мы разные. Это ведь тоже может быть плюсом! Два минуса — это же плюс.

— Вообще-то, я не считаю себя минусом, — бормочу я, едва сдерживая улыбку.

— Нет, детка, ты точно чёртов минус! — шепчет напротив моих губ Артём.

Его губы так близко, что я почти чувствую их вкус. И меня буквально скручивает от желания к ним прикоснуться.

— Минус… Да, может быть, я минус, — киваю, обвивая руками шею парня. Голос садится, и я шепчу: — Как же ты мог увлечься таким минусом?