Книга Вместе или нет, страница 21 – Ава Уайлдер

— Ой! Хм… Простите. ― Она пролистнула сценарий, прежде чем снова посмотреть на Шейна широко раскрытыми прозрачными глазами. ― Г-где я? Кто ты?

Лайла преобразилась настолько быстро и органично, что он мог бы поверить: она ничуть не взволнована, ― если бы только ее щеки и шея не сделались алыми. Она всегда легко краснела – это был ее единственный актерский недостаток. Когда-то он наслаждался своей способностью вгонять ее в краску: это было неоспоримое физическое доказательство того, что не такая уж она и невозмутимая, какой кажется на первый взгляд.

Когда Уолт взял слово, чтобы подвести итоги, Шейн снова бросил взгляд на Лайлу ― и как раз вовремя: всего на долю секунды на ее лице отразилась печаль, но она тут же взяла себя в руки, и краска отхлынула от ее щек. Он почувствовал укол чего-то неопределенного внизу живота. Захотелось обвинить в этом слишком быстро проглоченный пончик, но он-то знал, что дело не только в пончике.

Впервые за многие годы Шейн поймал себя на мысли, что задается вопросом, почему у него вообще возникло желание с ней ссориться? Чего он добивался, что от этого получил? Конечно, она дала ему более чем достаточно причин для нелюбви, но даже самая последняя ее выходка ― прощальная, перед уходом, возможно, самая гадкая из всех, ― теперь далеко в прошлом. Кроме того, не было ни малейших сомнений, что в той ситуации он одержал верх. Может, протянуть ей оливковую ветвь мира? Может, это не такая уж плохая идея ― оставить прошлое в прошлом и двигаться дальше, как, в общем-то, и стоило поступить давным-давно?

Комната наполнилась шепотом и негромкой болтовней. Все встали, принялись потягиваться и собирать вещи. Шейн посмотрел на Лайлу, которая убрала сценарий в сумочку и поднялась одним резким движением. Он не менее поспешно вскочил на ноги.

Скажи ей что-нибудь приятное. Что-нибудь в поддержку.

— Хорошо поработали! ― выпалил он, не сумев придумать ничего иного.

Еще не успев договорить, он понял, что это худшая фраза в такой ситуации. Она бросила на него уничижительный взгляд, которым можно было содрать краску с автомобиля.

— Ага, ты тоже был неплох, ― ответила она. ― На самом деле это очень удобно ― когда всегда известно заранее, как ты произнесешь ту или иную фразу. Уверена, половина зрителей умрет от шока, если ты хоть раз переключишься и сделаешь что-нибудь иначе. Разноплановость ― довольно переоцененное актерское качество, тебе не кажется?

Она выскользнула из комнаты прежде, чем он успел отреагировать.

Что ж, он попробовал ― и ничего вышло. Можно продолжать ненавидеть ее с чистой совестью.

* * *

Когда Шейн вернулся домой, в гостиной сидел его младший брат Дин и смотрел телевизор. Дин работал его дублером в «Неосязаемом» начиная со второго сезона, но каким-то образом до сих пор «перекантовывался» в «комнате для гостей» Шейна, будто только неделю назад прибыл в Лос-Анджелес.

— Как прошло? ― спросил Дин, не отрывая взгляда от телевизора.

Как дублеру Шейна Дину не требовалось присутствовать на читках, да и вообще ― он никогда не читал сценарии. Но в этом и не было особой нужды: его работа заключалась в том, чтобы соответствовать комплекцией и цветом волос Шейну и стоять на отметках Шейна, пока настраивалось освещение и камеры. Работа с контекстом тут не подразумевалась. Иногда, если раздоры с Лайлой достигали апогея, Дин исполнял роль затылка Шейна. Это случалось нечасто, и гордиться тут было нечем.